Право сильнейшего. Дочь воина. Невеста воина (сборник)

Глаза?! Как? Здесь огонь, он сжигает мою кожу, мои веки, и я зажмуриваю их сильнее, в отчаянии понимая, что при таких повреждениях не спасет и гелликс… Этот бой мне не засчитают, придется пересдавать…

И мой хриплый ответ, ранящий обожженные губы:

– Киран МакВаррас, кадет. Первый курс обучения. Бой проигран. Корабль уничтожен. Экипаж погиб.

Сейчас учитель должен вынести решение. И я жду… жду его слов, жду, когда боль прекратится, жду момента, в который пламя отступит и я проснусь в гипкапсуле.

– Киран, девочка, открой глаза.

Что-то не так. Что-то совсем не так. И остается вопрос:

Тишина. Почему они молчат? Почему?

И голос крайне неприятного мне человека:

– Да, кадет Киран МакВаррас, это приказ. Открыть глаза!

Мне не нравится этот человек. Мне не нравится приказ. Мне не нравится что-то еще, и я не могу понять что. Но приказ есть приказ.

– Есть, сэр. – Я не узнаю свой голос.

Глаза… я открываю их с трудом, ожидая увидеть ревущее пламя и собственную висящую лохмотьями сожженную кожу. Но огня не было. С удивлением я посмотрела в потолок, белый и каменный… Огня нет?! Нет? Но почему я сгораю?

– Вот и хорошо. Киран, посмотри на меня. – Голос был женский.

Медленно повернула голову в сторону, откуда доносился говор, и увидела странное создание в черном балахоне и черном же шарфе. Видны были одни глаза… черные.

– Киран, дочь Киары, смотри на меня, – сказала та, чей рот я не видела, может, поэтому создавалось ощущение, что женщина говорит в моей голове.

И я хотела смотреть… хотела… но не могла…

– А-а-а! – хриплый отчаянный крик вырвался из моего горла, а тело изогнулось дугой. – Мама…

Меня вновь скрутило, как тогда… когда рядом была Ашара, но сейчас боль все нарастала, не прекращаясь ни на мгновение, и я закричала снова…

– Держите ее, – послышался голос одетой в черное. – Плохо, слишком плохо. Я не справлюсь одна, пригласите эйтну клана МакЭдл.

Она говорила что-то еще, но я уже не слышала, вновь срываясь на отчаянный гортанный хрип… Наверное, я умираю… наверное, это все…

– Мама… мамочка… мама… – Я уже только шептала. – Позовите маму…

Открылась дверь. Быстрые шаги… прохладные ладони обняли мое лицо… такие знакомые руки…

– Нет, Киран, нет… но все будет хорошо.

Снова боль! Она взрывает меня изнутри, она сжигает меня снаружи… Кричать я уже не могу, и только стоны вырываются сквозь израненные губы… И я почти проваливаюсь в спасительное бессознательное, но мешают слова:

– Она теряет сознание.

– Нельзя допустить. Слишком большая кровопотеря, может не очнуться.

И вдруг удар. По щеке. Резкий, болезненный. Я распахнула глаза и уставилась на отца.