Право сильнейшего. Дочь воина. Невеста воина (сборник)

– Всегда и во всем первый… – с гордостью и восхищением произнесла женщина. – Эйтна уже прибыла?

– Да, госпожа. Ожидает вас в покоях принцессы Адалин.

После этого вновь торопливые, но уже парные шаги и звук закрывшейся двери. И вот тогда я рискнула высунуть нос из-за занавеси – в просторном светлом помещении, где пол тоже оказался деревянным, как и мебель, никого не было. Выждав несколько мгновений, я скользнула в покои Единственной супруги хассара, замерла, раздумывая над тем, что дальше делать. Думала я недолго – ибо большинство женщин скрывают вещи чаще всего среди нижнего белья, а значит, нужно было искать в спальне. По пути установила одну из камер, на просмотр, собственно, данной гостиной.

Так как расположение комнат здесь соответствовало тому, что имелось у меня, разве что в размерах все как-то помасштабнее, найти спальню труда не составило. А вот сама спаленка меня удивила – раза в три больше, чем у меня, с огромной кроватью, где были десятки вышитых цветами подушечек, тысячи рюшечек, кругом букетики разной степени засушенности, на столике у зеркала за полторы сотни бутылочек с духами, разной степени наполненности… Короче, одним словом – фу! Но это «фу» было эдаким розово-ванильно-романтичным.

«Кира, не отвлекайся», – приказала я самой себе и пошла ковырять шкафы супружницы собственного отца.

Кстати, белье у нее было – но закрытое и, судя по форме, предназначавшееся исключительно для женских дней… интересно, они все реально в обычное время без белья ходят? Впрочем, и это являлось вопросом несущественным, а вот обнаруженные на дне ящика четыре сейра определенно вызывали интерес. Причем один из сейров был мой, остальные – нет. Однако, осматривая устройства, я обнаружила, что одним из них пользовались довольно часто, там даже панелька чуть поистерлась, а два других уже и не работали толком. Ну, свой сейр, точнее это был сейр Наски, я забрала сразу. Потом подумала и решила сделать гадость – забрав черненький сейр, которым пользовались, я, засев за кроватью так, чтобы вошедшие в двери меня не увидели и чтобы у меня оставалась возможность залезть под кровать, взялась взламывать устройство.

Порадоваться своей предусмотрительности пришлось почти сразу:

– Подлая змея! – завопила Эталин, врываясь в спальню.

Я, естественно, тут же скользнула под кровать и даже дышать постаралась потише, хотя, наверное, зря, так как она продолжала вопить:

– Шинда! Дочь шлюхи! Подлая мразь!

Любопытно! Лежа под кроватью, я имела возможность наблюдать, как две ноги в невыразительных серых шлепках нервно меряют пространство.