Невеста для злодея

И ведь Гилмор, в сущности, признал, что предпочел бы объявить его мертвым, чтобы лишить наследства.

Что же касается Мадлен… О, у нее истинный талант раздражать графа. Правда, он так и не понял, в каких случаях она притворялась, а в каких нет. Но было очевидно, что эта женщина гораздо умнее, чем ему казалось. И очень хотелось узнать настоящую Мадлен – в частности, ее соблазнительное тело, скрытое под вульгарным нарядом.

Он подошел к жене и коснулся ее плеча. Она подняла на него взгляд своих загадочных глубоких голубых глаз. Он уловил ее пленительный запах – и на него тотчас же нахлынули мысли о предстоящей ночи. Его одолевало нетерпение. Теперь она всецело принадлежала ему, и он мог наслаждаться ею столько, сколько пожелает. Несомненно, женщина с ее опытом знала множество способов ублажить мужчину. При первой же возможности он найдет причину, чтобы пораньше удалиться на покой…

– Дамам подадут чай в гостиной, – объявил Гилмор, вставая. – Эмили, окажи любезность – проводи бабушку. – Когда девушка торопливо направилась к старой графине, он резко добавил: – Нейтан, ты что, забыл традиции этого дома? Джентльмены на время остаются в столовой.

– Я предпочитаю общество молодой жены.

– Сядь. Тебе не повредит выпить бренди в моей компании.

Когда граф снова сел, Мадлен лукаво улыбнулась мужу и, резко развернувшись, отчего ее юбки вновь взметнулись, последовала за другими женщинами. Покачивая бедрами, она скрылась за дверью.

Нейт мысленно усмехнулся. Интересно, играла ли она сейчас свою роль или же нарочно дразнила его, плутовка? В любом случае подобная игривость ему нравилась. Но если ей вздумается обвести его вокруг пальца, то у нее это не пройдет. Он имел немалый опыт по укрощению строптивых женщин, и Мадлен ничем от них не отличалась.

Один из лакеев поставил перед Гилмором графин и два хрустальных бокала, другой принес коробку с сигарами. Граф открыл ее и выбрал себе сигару. Затем жестом отпустил слуг.

А Нейт по-прежнему стоял. Он остался наедине с человеком, которого ненавидел всей душой. Его так и подмывало уйти. Он не чувствовал себя обязанным быть вежливым по отношению к графу.

Но если он уйдет, то Гилмор сочтет его трусом.

Нейт выдвинул для себя стул и сел. Их разделяло покрытое белой полотняной скатертью пространство стола. Гилмор открыл графин и наполнил бокалы. После чего слегка подтолкнул один из них в сторону сына.

– Возьми. Ведь нам придется какое-то время терпеть друг друга. – Его слова вторили словам леди Милфорд, сказанным несколько дней назад.

Но Нейт не желал даже думать о перемирии, не хотел восстанавливать отношения с этим человеком, предпочитая оставаться занозой в его боку. И все же он взял бокал и сделал небольшой глоток. Бренди приятно обожгло горло.