Невеста для злодея

На сегодняшний день наследство поделено на три части. Если я исчезну, то вы с Тео снова получите по половине. Но если я останусь и отпишу вам свою часть, то в таком случае вам достанется две трети.

Брови Альфреда поползли вверх. Он отвел от Мадди взгляд своих водянисто-голубых глаз – как будто взвешивал возможные последствия. И на лице его явственно проступило выражение алчности. Вероятно, наследство и впрямь было огромным.

Тут он вновь взглянул на пленницу.

– Я вижу тебя насквозь. Ты намерена рассказать Роули, что я похитил тебя. Он начнет преследовать меня и добьется отмены договора.

– Нет! Мы с Нейтаном поссорились. Я сказала ему, что ухожу из Гилмор-Хауса. Он, возможно, даже не подозревает, что меня там уже нет.

На сей раз ей не пришлось притворяться и изображать страдания. Даже если Герти сообщит Нейтану, что его жена пропала, он, скорее всего, решит, что она просто решила съехать пораньше.

Альфред сунул пистолет в карман и принялся мерить шагами комнату.

– Я не понимаю, как вопрос можно решить законным образом, – проговорил он минуту спустя.

– Почему бы и нет?! – воскликнула Мадди. – Нам нужно побыстрее вернуться в Лондон. Уверена, что мы можем прибыть туда еще до полудня. Как только ваш поверенный составит документы, я подпишу их. Обещаю.

Несколько мгновений кузен внимательно смотрел на нее. Мадди выдержала его взгляд в надежде и мольбах, что он согласится.

– Ладно, хорошо, – сказал он. – Но я привезу бумаги сюда. Пиджин присмотрит за тобой, пока меня не будет.

Мадди судорожно сглотнула и взглянула на человека с лампой. Тот ответил ей ухмылкой, обнажившей чернеющие дыры вместо нескольких зубов. Боже, она не могла остаться в обществе этого безжалостного головореза!

Но Альфред уже направился к двери.

– Постойте, пожалуйста! – взмолилась Мадди. – Если оставляете меня здесь, то, по крайней мере, хотя бы развяжите. У меня онемели руки, и когда вы вернетесь, я буду не в состоянии что-либо подписать.

К ее величайшему облегчению, Альфред кивнул Пиджину. Тот, склонившись над ней, развязал веревки. Освободившись, Мадди принялась растирать запястья, делая вид, что ей ужасно больно. Потом ссутулилась на стуле и понурилась, изображая покорность и смирение.

Через несколько секунд дверь закрылась, и в замочной скважине повернулся ключ. Затем послышались удаляющиеся шаги.

Мадди вскочила со стула и осмотрелась. Нужно было срочно найти какой-то выход. Сначала она толкнула дверь, чтобы проверить, сработал ли замок. Дверь не поддалась. Тогда она метнулась к окну.

К ее огорчению, створки заело. Она трясла их изо всех сил, затем била ладонью по защелке до тех пор, пока рама с громким скрипом петель не распахнулась. Мадди замерла в испуге и оглянулась на затемненную дверь. К счастью, шагов она не услышала.