Невеста для олигарха

Бред какой—то, — падаю на диван, зарывая пальцы в волосы. Голова кругом идёт. Алиса снова рядом. Обнимает меня.

— Марк, мы выясним это, слышишь? Мы узнаем, кто виноват. И накажем эту сволочь, — не просто слова. Обещание. И я верю. Этой хрупкой девушке, которая пытается взбодрить меня. Взрослого мужика.

— Алиска…., — шепчу на ухо, не находя никаких слов. Но это и не нужно. Мы понимаем друг друга и так. Я не плачу. Нет. Но сжимая её в объятиях, чувствую, что не один. И что найду в себе силы пережить эту утрату.

Глава 35

Алиса…

Смерть Леонида Юрьевича потрясла всех. Надежда Викторовна, словно резко постарела. А Марк….На мужа было смотреть больно. Он осунулся, почти ничего не ел. И самое плохое, что не готов был делиться своими переживаниями. Единственный раз, сразу после похорон. Сказал, что отца убили. А на следующий день, словно проснулся другим человеком. Холодным и отстранённым. Я понимала – это стресс. И старалась не давить на мужчину. Просто была рядом, старалась, как могла поддерживать.

Мне было тяжело видеть его в таком состоянии. Чувствовала своё бессилие. Невозможность помочь дорогому человеку – ужасно. А Марк определённо был мне не чужой. Поэтому я старалась быть полезной его маме. Там конечно рядом постоянно крутились Борис с Миланой, что мне не очень нравилось. Девушка постоянно пыталась меня спровоцировать на ссору. Такое ощущение, что она идиотка, и не понимает, какое в семье горе. Мне стоило огромных усилий сглаживать острые углы.

С каждым днём Марк становился всё мрачнее, и я не знала, что делать. Он не делился, стал постоянно задерживаться, и нередко я чувствовала от него запах алкоголя. Все мои попытки поговорить, он пресекал на корню. У меня просто опускались руки. Нужно было что—то делать, но я не представляла, как подойти к мужу. Когда пыталась – Марк мог ответить грубо. Я не обижалась. По крайне мере сталась. Успокаивала себя, что ему сложно. Поэтому, как бы это глупо не выглядело, пыталась воздействовать на него иначе. Часто ездила к его маме, ведь знала, что муж волнуется. Надежда Викторовна очень переживала. Мы много разговаривали, я пробовала её отвлечь. Иногда даже получалось. А еще, каждый раз, просыпаясь ночью, тихонько разговаривала с ним. Шептала какие—то ободряющие мелочи, в надежде, что он на уровне подсознания будет чувствовать мою заботу.

Вот только ничего не помогало. Скорее наоборот. Каждый новый день был хуже предыдущего. Дошло до того, что муж мог вообще не прийти ночевать. Сердце разрывалось от боли. Я не знала, как ему помочь. И окружающие это видели.

— Алиса, дорогая, ты сама не своя, — заметила Надежда Викторовна. Мы были в её саду, ухаживали за цветами. Несколько раз от рассеянности я кололась шипами.