Невеста для графа

Твердо решив, что не станет больше лгать, Хью проговорил:"

"– Когда я начал ухаживать за Элизой, вы все недоумевали: мол, зачем она мне? Ведь она совсем не та девушка, которую вы представляли рядом со мной. И если уж начистоту, то, признаюсь, я и сам выбрал бы себе другую невесту. Но выбора у меня не было, потому что я стал почти банкротом, а Элиза – невеста с богатым приданым и наследница огромного состояния.

Мать в изумлении пробормотала:

– Что?.. Не может быть. Ведь твой отец…

– Отец оставил мне одни долги – закладные и неоплаченные ссуды. Он промотал все, что у него было. Он согнал со своих земель почти всех фермеров-арендаторов, а плодородные угодья превратил в парки и сады. – Хью взглянул на мать, потом на сестер. – Да-да, именно так. Отец проиграл и растратил все – в том числе и деньги, отложенные на приданое Эдит и Генриетты.

Эдит зажала рот ладонью, а леди Розмари схватилась за горло и воскликнула:

– Я не понимаю! Он всегда обещал мне, что позаботится о нас, говорил, что мы ни в чем не будем нуждаться: ни девочки, ни ты. Говорил, что мы всегда будем жить…

– Отец лгал. – Хью пожал плечами. – Он всем нам лгал. Мне следовало бы расспросить его подробно обо всем, но я не представлял, что все может быть так плохо.

Хью вздохнул, глядя на мать, а та, как будто не доверяя собственным ногам, села. Лицо у нее было белое как простыня.

– Отец Элизы захотел, чтобы она вышла за джентльмена, – продолжил Хью. – Он решил, что я – подходящая кандидатура, и потому скупил все векселя и долговые расписки, включая те, которые я оплачивать не обязан: карточные долги, проигранные пари и прочее, – а также закладные, в том числе на оба поместья. В общем, скупил все неоплаченные счета: каждый клочок бумаги, подписанный отцом, – а затем, когда оказалось, что я должен ему восемьдесят тысяч фунтов, мистер Кросс ясно дал мне понять: если я женюсь на его дочери, он простит мне всю сумму долга, а если нет… Ну, тогда к нам в дом придут приставы.

– Это шантаж! – возмутилась Генриетта.

– Вот именно, – согласился Хью. – Так что, сами понимаете, мне ничего иного не оставалось, как начать за ней ухаживать. Но она… – Хью вздохнул, вспоминая, как зажигались глаза Элизы, когда он приходил, как она радовалась каждому его визиту, как трогательно краснела и смущалась. – Она оказалась кроткой, доброй, чуткой… – совсем не такой, как ее отец. Она оставила почти без цветов свой собственный сад, за которым сама ухаживала, чтобы подарить их сестре своей горничной, выходившей замуж, для украшения церкви и алтаря. Элиза – полная противоположность своего отца. И я, несмотря на всеобщее осуждение, женился на ней. – Хью помолчал. Все остальные тоже молчали. – А потом полюбил.

– Но… что же все-таки произошло? – прошептала Эдит.