Невеста для графа

– Хью, что происходит? Я ведь вижу: что-то происходит с Эдит, с Генриеттой, а теперь и с мистером Бенвиком. Складывается впечатление, что… – Элиза нервно облизала губы. – При всем желании я не могу не замечать некоторых вещей. Стоит мне, например, войти в комнату, как воцаряется тишина…

Хью насупился и пробурчал:

– Но ты только что ходила по магазинам с Генриеттой. Разве она отказывалась разговаривать с тобой всю дорогу до Бонд-стрит?

– Генриетта – нет. Но Эдит отказывается. За все время, что я здесь живу, она мне и двух слов не сказала!

– Виноват пес, – напомнил Хью.

Элиза всплеснула руками.

– Дело не в одном только Вилли! Ведь мистеру Бенвику пес ничего плохого не сделал!

Хью какое-то время молчал, потом внимательно посмотрел на жену и сказал:

– Только Эдит ни слова, ладно?

– Конечно, я ничего ей не скажу, – пообещала Элиза.

– Бенвик хочет больше денег, – со вздохом проговорил Хью. – Гораздо больше, чем я готов дать за сестру. Видишь ли, я считаю, что было бы несправедливо одной сестре дать больше, чем другой, и потому выполнить требование Бенвика не представляется возможным.

– Но разве ваш отец не отложил своим дочерям деньги на приданое?

Хью отвел глаза.

– Не так много, как хочет Бенвик. Он… упрямится.

Элиза откинулась на спинку дивана. Так вот оно что… Тогда многое проясняется.

– Значит, ты из-за этого ушел из дома и вернулся под утро, оставив меня одну в нашу первую брачную ночь? – тихо спросила она.

– Да, – кивнул Хью. – Эдит любит его. А он сказал мне, что любит ее. Я пытаюсь найти компромисс, но, должен признаться… Знаешь, я не уверен в том, что Эдит нужен такой муж. Он ее не заслуживает.

– Конечно, не заслуживает, – пробормотала Элиза. Сердце ее переполняла любовь к мужу. Хью так рвался жениться на ней, что ему и в голову не пришло торговаться с ее отцом, пытаясь урвать побольше. А теперь он старался устроить будущее своей сестры, хотя возмутительные требования ее нареченного явно шли вразрез с его признаниями в нежных к ней чувствах. – Ты замечательный брат, – добавила она, прикоснувшись к руке мужа.

Хью болезненно поморщился.

– Эдит с тобой не согласится, если Бенвик ее бросит.

– Нет, он не посмеет! – в ужасе воскликнула Элиза.

– Насчет этого не уверен, дорогая. Только, пожалуйста, никому ничего не говори, особенно Эдит. Если все мои усилия пойдут прахом, я сам ей все скажу.

– Я никому ничего не скажу, – повторила Элиза.

Хью грустно улыбнулся, и она крепко сжала его руку. Ей было приятно, что муж поделился с ней новостью, пусть и не самой приятной.

Но все же она не могла избавиться от ощущения, что он чего-то недоговаривал.

Хью знал, что ведет себя как трус. Трусость же его заключалась не только в том, что он никому ничего не сказал о требованиях Бенвика.