Невеста для бастарда

Ричард поцеловал меня:

— Пойдем, я сам наложу на тебя заклятие — как вчера.

Против воли я вздрогнула.

— Как ты говорила мне? Надо заменять неприятные воспоминания радостными.

Я почему-то покраснела. Наверное, у меня после вчерашней ночи слова «радость» и «радовала» долго будут ассоциироваться с чем-то изумительно неприличным, причем в моем исполнении. Ну, не без участия Ричарда.

— Миледи, — строго сказал милорд Верд, а у самого в глазах прыгали чертенята, — прекратите меня соблазнять.

— Совсем-совсем прекратить? — испугалась я.

— Пока мы на пляже, а на мне эти брюки для плавания в обтяжку, а кругом дети.

Да, милорд действительно любил точность.

Я хрюкнула от смеха, Ричард перекинул меня через плечо и потащил в воду, куда благополучно и скинул, не обращая внимания на мой хохот.

Мы нырнули синхронно. Достигли песка на дне. Он положил мне руки на плечи — и через мгновение я поняла, что могу дышать. Ниже пояса появились странные ощущения, словно обе ноги слились в одну — и взамен получили небывалую гибкость. Я изогнулась, чтобы посмотреть, — и ахнула. У меня появился хвост. У Ричарда, кстати говоря, тоже.

Подплыли мальчишки. Ричард стал им что-то объяснять. Хотя никто из троих не произнес ни слова, я поняла, что он их чему-то учит. И общаются они мысленно.

Я тем временем стала пытаться освоить хвост. Как-то это было неудобно. Движения получались дергаными. А оттого, что постоянно приходилось прогибаться в пояснице, заболела спина. Потом я услышала, как кто-то смеется. Почему-то сразу поняла, что надо мной. Огляделась. В изумрудной воде заметила вчерашнего знакомого, которого Ричард называл Владыкой Иром.

Заметил его и милорд Верд. Они подплыли друг к другу и церемонно пожали руки. Под водой этот жест смотрелся достаточно комично.

Потом Владыка Ир подплыл ко мне — и стал показывать, как нужно пользоваться хвостом, чтобы не чувствовать себя при этом бьющейся в судорогах. Оказалось, двигаться надо не столько сильно, сколько плавно. Я старательно повторяла движения, которые мне показывал повелитель глубин, — и у меня через какое-то время стало получаться.

А затем мы куда-то плыли. Я смотрела по сторонам, крутила головой, пытаясь запомнить ту красоту, что окружала меня. Жаль, у меня не было фотоаппарата. Тысячи изумительно ярких рыб, кроваво-красные кораллы, золото песка и зелень незнакомых водорослей… И тихое, тягучее умиротворение, немыслимое на поверхности.

Мы приплыли на жемчужное поле. По-другому назвать это место у меня не получилось. Ровная поверхность из песка, на которой лежали и созревали ракушки-жемчужницы.

Владыка сделал повелительный жест — крышечки ракушек одновременно распахнулись. Еще один жест. Теперь по отношению ко мне — приглашающий.