Невеста для Азата

Не выбраться, с каждым движением путы только крепче.

В итоге, наплакавшись и вымотавшись эмоционально и физически, рассматриваю ненавистный наряд.

Это комплект из бежевого шелка. Длинная туника до пят и шаровары. Нижняя рубашка из хлопка. Платок, особым образом повязываемый на голову, со специальным куском ткани, для того, чтоб лицо закрывать.

Не надену! Нет!

Отбрасываю от себя наряд, подхожу к окну, смотрю на безучастно роющихся в траве кур.

Они живут, не подозревая, что большинству из них уготована участь стать ингредиентом для чанахи.

На меня похоже.

Жила себе, училась, планировала что-то… Не подозревая, что за меня уже все давно решили.

И только и ждут, когда вырасту и буду готова… К употреблению.

— Сестра, — дверь щелкает замком за спиной Алии, не решающейся пройти дальше порога.

— Чего тебе?

Я злюсь на нее тоже, потому что сестра могла бы мне и пораньше рассказать причины такого гостеприимства своей матери. Ну и к тому же, ее ложь обернулась для меня позором.

— Не злись, ну пожалуйста… Я принесла чай. Попей, вот, тут сладости… Пахлаву бабушка делала… Ты же не ела ничего сутки уже.

— Не хочу. Уходи.

Алия ставит поднос на стол.

— Прости меня. Пожалуйста.

Она просит прощения за свою ложь. Она надеется, что этого будет достаточно?

Я не поворачиваюсь.

За спиной опять щелкает замок моей тюрьмы."

"Еще какое-то время смотрю на кур, но затем начинаю невольно коситься на поднос с расписным чайником и чашками. Их две. Видно, Алия, хотела разделить со мной чаепитие, примириться.

Подхожу, смотрю на нежнейшую пахлаву, и во рту непроизвольно начинает скапливаться слюна. Я и в самом деле ничего не ела уже очень долго. Конечно, по приезду, меня накормили так, что из-за стола шариком выкатывалась, но все это в прошлом.

И, кажется, в другой жизни.

Приходит мысль, что для борьбы мне понадобятся силы.

И я сажусь есть. Кроме сладостей, на подносе несколько кусков пирога с сыром и зеленью, и у меня буквально слюнки текут, настолько они ароматно пахнут.

Я ем, запиваю чаем, продумывая возможные действия. Свои и родственников.

Понятно, что я не буду покорной овечкой на заклание. И сватовство провалится. О чем они думают? Неужели надеются на то, что я смирюсь? Папа с мамой, наверно, именно так и думают…

И очень даже зря.

Пусть я опозорюсь и семью опозорю, но не буду терпеть того, что со мной намереваются сделать. Меня воспитывали правильно, спасибо папе и маме, но в то же время, я выросла с осознанием, что я — свободный человек. И сама могу распоряжаться своей судьбой.

Не зря же я так сильно ждала своих восемнадцати. Возможности учиться, возможности самой зарабатывать себе на жизнь. Судьба мамы, несмотря на все ее благополучие, никогда меня не прельщала.