Невероятная доктор Белль и Повелитель драконов

Сердце колотилось в груди, как птица в клетке. Я метнулась к узкому окну, отодвинула тяжелый полог, забралась на стул, чтобы смочь увидеть происходящее во дворе.

Массивная герса (тяжелая решетка, опускающаяся вертикально перед воротами средневекового замка для дополнительной защиты) медленно поползла вверх, открывая проезд внушительному отряду всадников. Свет факелов озарял закованных в тяжёлые латы воинов.

Граф Мортимер вернулся домой.

Глава 8. Граф вернулся

Я хотела было вернуться в свою нагретую постель и досмотреть сны, как увидела выпорхнувшую из крытой повозки женщину в длинном тёмном плаще с капюшоном, накинутым на голову. О, та самая любовница? Как её, кажется, Летиция.

Ну, теперь-то я точно спать не лягу, надо быстро одеться и спуститься в Большой зал, чтобы поддержать Джульетту.

Матушка уже наверняка там – по традиции жена обязана встретить мужа, и неважно, что на дворе глубокая ночь.

По словам мамы, я знала, что любовница отца следовала принятым правилам и редко показывалась на глаза хозяйке дома и её юной дочери. Хозяйские покои, как и положено, занимала Джульетта. До появления в замке сиротки Летиции граф делил ложе с законной супругой. Однажды, когда Джульетта сильно захворала, он перебрался в дальнюю опочивальню под предлогом, что не хочет мешать жене лечиться. Вроде как обитал там один, но все знали: кто к нему наведывается по ночам и исчезает перед рассветом.

Не успела я натянуть первое попавшееся платье, как в дверь постучали.

– Госпожа, я принесла свечу, – донёсся голос Агнес. Я отодвинула засов.

– Проходи. Помоги с нарядом и причёской, простой косы будет вполне достаточно.

– Да, госпожа. У нас есть время, хозяин общается с сэром Роджером в дозорной башне. Пока тот ответит на все его вопросы, вы успеете собраться, – и принялась споро мне помогать. Я лишь отказалась от тяжёлого пояса с серебряными накладками и прочих украшений."

"Меньше чем через десять минут я покинула покои. Агнес шла впереди, освещая путь восковой свечой в серебряном подсвечнике. Мы миновали коридор, где в нишах тускло мерцали масляные светильники, и вышли на галерею, огибавшую Большой зал на уровне второго этажа.

В воздухе витал характерный запах – смесь горящего воска, масла и едва уловимого аромата можжевельника, которым натирали дубовые столы и лавки.

Глаза мои были прикованы к тому, что происходило внизу: матушка замерла на нижней ступеньке помоста, где обычно трапезничал феодал со своей семьёй и приближённые к нему люди.

А перед ней стояла Летиция: она уже сбросила плащ и красовалась в своём одеянии – платье-блио с широкими рукавами, сшитое из тончайшей заморской ткани глубокого винного цвета, подпоясанное витым шнуром с золотым шитьём.