Неверный

— Интересно, кому это такой роскошный букет? — ревниво восклицает Олеся.

— Мне, — выдыхаю и кричу в окно: — Рустам! Я сейчас спущусь!

— Тебе? — хлопает глазами Олеся. — С какой это радости? Вы что, с ним спите?

— Он мой муж, — отвечаю, сама хватаю сумку и бросаю туда телефон и блокнот.

— Кто? — непонимающе таращится Славина. — В смысле?

— Рустам мой муж, — повторяю, притормаживая возле нее на секунду, — и отец моей дочери. Мы были в разводе, а теперь снова вместе.

У Славиной вытягивается лицо, но я этого уже не вижу. Бегу к лифтам, спускаюсь в холл и попадаю прямо в объятия мужа. Не бывшего, просто мужа.

— Соня, — он хватает меня в охапку, всунув в руки букет, — Сонечка…

Зарывается лицом в волосы, а я всхлипываю, обнимая широкие плечи. Мне плевать, что о нас подумают, я так счастлива его видеть, что даже немного больно.

— Ну чего ты плачешь, маленькая? — смеется мне в волосы Айдаров."

"— Рустам, — всхлипываю, он берет за подбородок и заглядывает в глаза с явной тревогой.

— Что-то случилось?

Киваю, снова всхлипываю и достаю из кармана завернутый в пленку тест с двумя полосками.

— Я их несколько сделала, — вытираю щеки и протягиваю ему тест, — этот самый красивый.

Рустам берет пакет с явным недоумением, а я жадно слежу за его лицом. Сначала он разглядывает пакет с чуть рассеянным видом, но по мере того, как приходит понимание, он замирает, затем его лицо озаряется улыбкой.

А я не сдерживаясь реву, вытирая обеими руками слезы и стряхивая их на пол.

— Соня, — Рустам поднимает на меня горящие глаза, — это правда?

Киваю и реву еще сильнее.

— Так чего ты плачешь? — он хватает меня на руки и начинает кружить, не обращая внимания на влипших в стены сотрудников.

— Я так боялась, — шепчу, одной рукой прижимая к себе букет, а другой вцепившись в шею Айдарова, — так боялась, Рустам.

— Чего, Соня? — он останавливается, продолжая держать меня на руках.

— Что не успею тебе рассказать, — всхлипываю, и он упирается в мой висок лбом.

— На выходных поженимся. Или давай завтра? Я кольца купил, — и дальше без перехода: — Я вас так люблю, Соня. Ты себе не представляешь. Всех троих.

— И я тебя очень люблю, — обвиваю ладонями лицо и целую. — Поехали домой?

— Поехали, — он кивает и несет меня к машине, а я прячусь на его груди.

Я никогда бы не поверила, что два человека могут быть настолько одним целым. Что даже годы, проведенные порознь, не смогли ничего изменить.

Никогда бы не поверила, если бы это не были мы с Рустамом.

***Ну вот мы и пересекли финишную черту. Эта история будет без эпилога. Мне кажется, все уже сказано и написано, больше сказать нечего. И еще я не хочу поставить себе очередные рамки, как это было в «Двойне для чайлдфри».