Неверный отец. Счастье в конверте (СИ)

Не понимаю, как реагировать…

Герман тоже узнает меня, но ведёт себя так непринужденно, словно ждал этой встречи, и лишь на дне его зрачков мелькает напряжение, а также что-то ещё.… необъяснимое, но волнующее.

— Что ж, — выдыхает он с едва уловимой ухмылкой. Хриплый голос вибрацией прокатывается по венам. — Теперь, когда все в сборе, можем начинать. Надолго вас не задержу, прекрасно понимаю, как много у вас работы. Точнее, уже у нас, — отвернувшись от меня, опирается бёдрами о стол и берет в руки планер. — Для начала представлюсь — Герман Демин.

— А по отчеству? — вкрадчиво доносится из толпы.

— Хм, можно без… — слегка теряется мужчина, закатывая рукава рубашки и открывая увитые венами, жилистые предплечья. — Там, откуда я приехал, это не принято.

— А у нас субординация. Вы же в России, — дерзко вклинивается Лана, и я аккуратно толкаю ее в бок. Если слухи подтвердятся, не хотелось бы, чтобы она вылетела с работы, когда Герман станет заведующим.

— Согласен. Как говорится, в чужой монастырь со своим уставом.… - приятно улыбается, демонстрируя знание русских пословиц, которые с его специфическим акцентом звучат непривычно. Догадываюсь, откуда это в нем — бабушка Стефа привила любовь ко второй родине. Невольно улыбаюсь, и наши взгляды вдруг пересекаются. Он смотрит на меня с непривычным теплом, от которого все тело охватывает жаром, но при этом сохраняет строгий тон, адресованный подчиненным. Важно представляется: — Герман Янович.

Глава 7

Герман

— Девке помощь нужна, а ты опять в свою Германию намылился. Медом тебе там намазано?

— В клинику пора, бабуль. Отдохнул — и хватит. Пациенты ждут.

— Подождут, не подохнут, — причитает ворчливо. — А вот Амина твоя вполне может… с легкой руки мужа.

— Не моя, я её видел в первый и последний раз в жизни. Девушка взрослая, сама сделала выбор. Сознательно, — чеканю невозмутимо, собирая вещи. Игнорирую неприятные позывы в груди. — Я не МЧС-ник и не служба спасения 911. Тем более, она вернулась к законному супругу, медицина здесь бессильна, — замираю над чемоданом, вспомнив сцену во дворе больницы. Они выглядели семьёй. — Хрен с ней, — выплевываю рассержено."

"— Ба-а, значит совсем дело дрянь, — хватается за сердце. — Я бабскую сущность насквозь вижу, и у этой — яйца поболе твоих будут. Ты не смотри на ее внешнюю хрупкость, там внутри стержень стальной, но и его сломать можно, — сжимает сухой кулак и грозит им мне, а я хмыкаю скептически. — Что ж, будь по-твоему… Я рыжую хорошо запомнила. Если что, опознаю, когда ее муженек добьет и у нас в глуши выбросит. И тебе телеграмму пришлю, чтоб совесть замучила.

Чёрт! Похоже на правду. Я сам с такими случаями сталкивался, когда приходилось «случайно» упавшую с лестницы беременную спасать — и экстренно делать кесарево.