Мой неверный муж (СИ)

Но я знала, что он сохранит каждое слово, произнесенное в этом кабинете, в тайне. Я подобрала команду, которой можно доверять. Люди — самый ценный ресурс. Если тебя окружают надежные товарищи, коллеги и партнеры, то ты практически непобедим.

Максим сказал, что отнесет анализы в лабораторию без маркировки. Сам заберет и передаст. Никто лишний не узнает. У нас много младшего персонала, зачем им давать повод для сплетен? Не потому, что злые и разнесут, а потому, что человеческую натуру не переделать. Обсуждать, перемывать кости, даже злорадствовать — наша природа, просто у кого-то в большей, а у кого-то в меньшей степени выражена такая потребность.

Сегодня у меня смена до часа, потом нужно было изучить документы и понять, как мне противостоять Загитову, если решится на активные боевые действия. С детьми, слава богу, он включил эмоциональный интеллект и не опустился до физического отстранения меня от них. Позволил выбрать. Я не уверена, что эта щедрость продлится долго. Возможно, Марат просто обескуражен. А ведь есть еще его родители… Свекровь мне звонила, но я не ответила. Я пока не знала, что сказать и как себя вести. Пока их общение будет строго ограничено. Я не могла себе позволить лишиться еще и дочери. Я постоянно проверяла ее местоположение онлайн. И сына тоже. Мы общались: очень осторожно, словно заново знакомились. Его привычный мир рухнул, и Ильдар, в отличие от сестры, не готов строить новый. Он остался на пепелище нашей семьи. Иль поймет. Надеюсь, очень надеюсь.

— Привет, мам, — вот еще один человек, который пока не в курсе событий. — Как папа? Все хорошо?

— Да, нормально, даже на рыбалку уехал, — улыбнулась она. — Поль, все нормально? Ты бледная. Не заболела?

— Нет, — покачала головой и вкратце рассказала. Самые жуткие подробности опустила. Не нужно, чтобы и она заболела на нервной почве.

— Ой, доченька, — мама ожидаемо расплакалась. Она всегда считала Марата тяжелым, сложным, но мы так давно вместе, что, вероятно, думала, что мне удалось приручить дракона. Не удалось.

— Мама, ты, главное, папе не говори, не хочу, чтобы знал. Ему нельзя нервничать. Потом как-нибудь. Когда все устаканится.

Я увидела, что ко мне по второй линии пробивалась Таисия Валерьевна.

— Мам, прости, перезвоню, — и тут же ответила. — Таисия Валерьевна? — нутром чуяла, что снова какая-то неприятность.

— Полина Сергеевна, тут такое дело… Дети закончили, а Марата Адамовича нет. Телефон не отвечает. Я Ильдара же не брошу одного!

— Ко мне везите! — я практически кричала.

— Они ругаются с Лианой. Категорически отказываются вместе ехать…

Я глубоко вздохнула. Господи, дай же мне сил. Всегда считала себя немного атеисткой, хоть и крещеная, но иногда нужно у кого-то сверху просить помощи. Так легче. Вроде бы и не один в поле воюешь.