Неверный. Месть подам горячей (СИ)

Букет белых роз с дрожащими на лепестках капельками росы…

Так давно и словно вчера.

Мы пересеклись на презентации отеля-глэмпинга в Мурманской области. Так получилось, что оказались в одном куполе с еще несколькими гостями и вместе смотрели северное сияние. Небо переливалось изумрудным светом, а я не столько слушала о концепции отеля, сколько любовалась Сабуровым. Никогда раньше не встречала мужчин вроде него. Папа в первый раз доверил мне представлять компанию на выездном мероприятии. Я жутко нервничала и сметала со стола канапешки одну за другой, когда появился Сабуров.

Атмосфера в куполе поменялась мгновенно. Так же, как сейчас в раздевалке. Он словно заполнял помещение своей бешеной энергией, силой, достоинством. Ушам своим не поверила, когда после возвращения в Москву, он позвал меня на свидание. На презентации мы едва ли парой слов успели перекинуться.

Помню, как собираясь на встречу с ним, глотала успокоительные и вертелась перед зеркалом, проверяя, не перекатываются ли под тканью складки жира. До этого я не слишком переживала о своей внешности, деньги и положение отца всегда служили нам с Кариной надежной защитой от насмешек в школе и университете. Но сейчас я будто в первый раз увидела себя со стороны. Сомнения зародились сразу, но Николай развеял их легким юмором, приятной беседой.

Мы провели чудесный вечер. Домой я летела на радужных крыльях, не замечая веса лишних килограммов, тянувшего к земле.

Николай обещал позвонить, и я ждала звонка. День, второй, третий… а на четвертый отец вызвал меня к себе в кабинет и выложил все как есть. Сабуров хотел добиться его расположения через меня, а когда папа ему отказал, то и я стала не нужна.

Толстая, неуклюжая простофиля…

Розы все еще стояли в моей спальне, я запретила прислуге их выкидывать. Смотрела на увядающие, засыхающие цветы и повторяла про себя, что не заслуживаю счастья, брака, семьи. Карина пыталась меня расшевелить, увлечь спортом, но я все глубже тонула в болоте ядовитой ненависти к себе, пока не стала идеальной жертвой для Ивана.

Конечно, Сабурову я рассказала только про разговор с отцом, не расписывая, как глубоко переживала наш несостоявшийся роман.

- Понятно, - глухо произнес Николай, - я звонил, но ты не отвечала. Приезжал, но мне сказали, что ты не хочешь меня видеть. Я был моложе, дурее и решил, что не стоит добиваться расположения девушки, которая не желает со мной общаться. Глупая гордость победила, в конце концов, и я отступил, - Сабуров грустно улыбнулся.

- Ты звонил?

- Много раз.

- Но…

Я закусила губу, собираясь сказать, что никаких звонков не было. Но сейчас, когда старые обиды и эмоции улеглись, я могла взглянуть на прошлое трезво.