Неверный. Месть подам горячей (СИ)

- Ну же, голубчик, мы сделаем все, чтобы люди Ахмада не добрались до вас в тюрьме, - задумчиво протянул следователь, - сейчас вы расскажите нам все про несчастный случай с Марией Вербицкой, потом перейдем к признаниям по всем эпизодам взяток, подлогов, превышения полномочий и прочим преступлениям с использованием служебного положения.

Я вздрогнула, услышав свое имя, и Сабуров это почувствовал. Склонился ко мне и поцеловал в висок, прошептал:

- Они ответят за все… Ева… они все ответят…

Сжала кулаки, до боли впиваясь в кожу, чтобы сдержать бушевавшие в груди чувства.

Сташевский пожал плечами:

- Да нечего рассказывать, она погибла в тайге. Это все. Я просто помог быстрее закрыть дело, чтобы меньше было волокиты.

Следователь хитро прищурился:

- Погибла? По моим данным, Иван Вербицкий убил жену, чтобы она не мешала его планам в отношении проекта в Сочи.

- На трупе не было следов насильственной смерти, несчастный случай. Баба не умела плавать, упала с лодки, вот и все, - Сташевский заметно расслабился, похоже, мое «убийство» было настолько незначительным происшествием, что не стоило заострять на нем внимание. Хотя после всего, что я узнала сегодня, так оно и было. Что значит смерть одной женщины, когда на кону стоят миллиарды?

- Сама упала? – спросил следователь, доставая какую-то бумажку из папки, которую принес с собой."

"Сташевский хмыкнул, пожал плечами, хотел было развести руки в стороны, показывая свою искренность, но помешали наручники:

- Да я почем знаю? Эксперты не нашли на теле следов насильственной смерти. На месте в лесу тоже ничего подозрительного не было, если Вербицкий и помог отправиться жене на тот свет, мне об этом ничего не известно.

Меня затрясло от злости.

Не нашли следов насильственной смерти?!

Конечно, тело было не мое. Я резко обернулась к Николаю и выпалила:

- Пусть спросит про экспертизу ДНК, тело подменили, - и снова повернулась к зеркалу, впившись взглядом в Сташевского.

Если удастся доказать подмену и мое ""убийство"", то Ивана можно будет посадить, а проект похоронить в зародыше.

Сабуров кивнул и постучал в зеркало, привлекая внимание следователя и Стаса.

Детектив коротко кивнул и вышел.

Сташевский вздрогнул, услышав стук, и покосился на зеркало, но уже не нагло. В его поросячьих глазках промелькнул страх.

Стас вошел к нам через минуту. Сабуров передал ему мой вопрос.

- Еще что-нибудь? – спросил детектив перед тем, как выйти.

- Нет, - ответила, нервничая сильнее, - хотя… пусть про тело тоже расскажет. Я хочу знать, кем была женщина, которую похоронили вместо ме… Марии Вербицкой.

От волнения едва не сказала «меня», но, кажется, ни Сабуров, ни Стас ничего не заметили. Они были, как два матерых волка, взявших след и спешивших быстрее добраться до добычи.