Неверный. Месть подам горячей (СИ)

Я прислушалась к разговорам, и по губам расползлась коварная улыбка. Маховик раскрутился. Ник с самого утра поднял все свои обширные связи, и головы летели одна за другой. Аресты приводили к все новым сообщникам. От самых верхов до мелких сошек. Сабуров позаботился о том, чтобы даже охранную компанию, которую некогда возглавлял Коломенский, разогнали и прикрыли.

На протяжении нескольких дней телевидение и интернет бурлили обсуждениями о разоблачении криминальной империи. Сеть, раскинувшуюся по стране и перекинувшуюся за ее границы распустили очень быстро, стоило потянуть за правильные ниточки. Вот только все они вели к подставному лицу – Эдуарду Алмазову. На всех документах стояла его подпись.

Даже за фальшивый отчет о моем вскрытии и экспертизе ДНК деньги были переведены с подставной фирмы Алмазова.

Прослушка в доме Ивана была установлена незаконно, и записи нельзя было использовать в суде.

У нас было все и вместе с тем ничего.

За особняком было установлено круглосуточное наблюдение, чтобы Иван не убежал до ареста, который мог и не состояться, потому что все свидетели, как один повторяли одно имя – Эдуард Алмазов. Словно выученный наизусть урок.

Так, работа над моим возвращением превратилась в последний капкан, который мы могли поставить на Ивана.

И нам было не обойтись без помощи человека, которого Иван хотел утопить вместо себя.

На телефон капнуло сообщение от Марфы: «Все готово, Матвеич будет ждать тебя в аэропорту».

«Спасибо, не представляю, чтобы без вас делала. Вылетаю сегодня», - написала, остановившись в дверях кабинета Алмазова.

«Рыбка моя, будь осторожна», - ответила Марфа. Я отключила мобильный и убрала в сумочку, скоро все закончится так или иначе.

Сабуров провел ладонью по моей спине, легко подталкивая вперед.

Полина недовольно нахмурилась, увидев, как мы появились вдвоем. Фыркнула и отошла к окну, демонстративно отвернувшись. Не забыла, что Ник выставил ее из дома на следующее утро после того, как стало понятно, что она не невинная жертва ненавистного жениха, а засланный казачок.

Алмазов бросил на дочь быстрый недовольный взгляд, но ничего ей не сказал, поднялся из-за массивного антикварного стола и протянул руку Сабурову.

- Рад снова с вами встретиться, Николай. Ева, - Алмазов кивнул мне и неуверенно облизнул губы, указал взмахом руки на кресла перед своим столом, - присаживайтесь.

- Спасибо, мы не надолго, - холодно ответил Ник, оставшись стоять. Я подошла к нему, кресло также проигнорировала.

Ник не ответил на рукопожатие, сразу перешел к делу.

- Внизу ждет группа захвата. Это не угроза, я просто констатирую факт, когда мы уйдем, для вас останется только один вариант – принять удар на себя, сесть за Вербицкого в тюрьму до конца жизни, оставив дочь нищей.