Неверный муж моей подруги

Витрина — не сейф, а сейф они однажды уже взламывали. Папин. В четыре года. — Мы сейчас пойдем в очень важное место! Там надо вести себя очень-очень тихо. Сидеть смирно и ничего не трогать. Хотя бы минут десять.

— А десять минут — это много? — Макар попытался сосчитать на пальцах, даже дошел до девятого, но сбился.

— Много! — закричал Никита, мгновенно забывший про «очень тихо».

— Идите пока, я сейчас догоню, — бросила я Маринке с Натали, и они, тайком стреляя взглядами в Германа, скрылись за дверью администрации.

— Мам, а достань топор, — предложил мне Макар. — Мы тогда с ним тихо посидим.

— Чур, он будет у меня! — тут же внес предложение Никита, и сыновья тут же загалдели как чайки, выясняя, кому будет принадлежать топор, который я, без всяких сомнений, немедленно им добуду.

Добыла бы, если бы это помогло. Но боюсь, мои разбойники на собрании, да еще с топором — это не самая лучшая идея.

Как теперь их успокоить-то… Собрание уже началось.

— Давай я за ними присмотрю.

От неожиданно прозвучавшего мужского голоса за спиной я аж вздрогнула. За время возни с сыновьями я успела забыть о присутствии Германа, а он все это время, оказывается, оставался здесь.

— Серьезно? — изумилась я.

Обычно нормальные люди стараются держаться подальше от моих детей — после общения с ними потом три дня в ушах звенит.

— Ну ты же недолго, — пожал он плечами. — Не бойся, не украду.

— Вот уж чего я точно не боюсь! — засмеялась я. — Я боюсь, что не смогу тебе всю жизнь выплачивать компенсацию за разрушенную психику.

— Не может же быть все так плохо, — хмыкнул Герман и полез в карман. — Есть у меня кое-что интересное…

На его ладони лежал… Настоящий компас!

Недоступный топор мгновенно перестал интересовать Макара и Никиту.

— А можно потрогать? — спросили они хором, протягивая лапы.

— Можно, — разрешил Герман. — А знаете, что это?

Я благодарно кивнула ему и поспешила в офис администрации, где подруги уже придержали мне местечко рядом с собой. Не без далеко идущих планов, разумеется.

— Ты его знаешь? — прошипела, склонившись ко мне, Маринка.

Речь шла, конечно, не о пухлом лысом начальнике хозяйственной части, который распинался перед нами о тяжелой жизни уборщиц развлекательного центра.

— Это муж моей подруги, — прошептала я в ответ.

— А чего кольцо не носит! — с такой обидой возмутилась она вслух, что я заржала и не могла перестать хрюкать даже под укоризненным взглядом толстяка.

— Не твоя лига, — посочувствовала ей я.

Но уже поняла, что мне предстоит подробнейший допрос с применением запрещенных средств.

С собрания мы вышли все вместе — Маринка с Натали сказали, что мне опасно ходить одной мимо таких красавчиков.