Неверная

Галина сбивчиво и смущенно объяснила, что у нее роман с Виктором, которого ей подкинула судьба и Влад с Филином.

— Я уволилась с работы, больше не могу, выгорела. Хочу для себя пожить, не для других. Я столько отдавала не своим детям, что, наверное, не додала сыну и мужу, когда оба были ещё живы. — тяжело вздохнула Галина, смахивая слезу. — Последние два года я жила только вами с Сонечкой, а без вас такая тоска меня берет, хоть волком вой.

— Но мы же с вами… Просто мы пока здесь. — схватила её за руку Ида и крепко сжала.

— Вас ждет совсем другая жизнь, Ида, уж я то вижу и всё пониманию, и только тебе решать какой она будет. Но обратно вы не вернетесь, это точно. От сына тебе больше не уйти. Ты сама это понимаешь. И я не вернусь обратно.

— Что?"

"— Я переехала к Виктору в Подмосковье, всего полтора часа до вас. — улыбнулась Галина. — Куда я без вас теперь? А так буду поближе к вам. Ты, конечно, можешь уехать обратно, квартира моя в твоем распоряжении, я её не сдаю и не продаю, вот только, зачем? Зачем тебе ехать обратно?

— Но как я тут останусь? — пролепетала Ида, нервно теребя подол нежно розового платья на бретельках в крестьянском стиле, что сегодня надела.

— Тебе решать. Подумай над тем, чтобы переехать в Москву. Можешь взять деньги от продажи квартиры моего сына, её я выставила на продажу, а можешь начать договариваться с Владом, если твердо решила разводиться, есть такое понятие как семейный кодекс и раздел имущества.

— Я не буду с ним делить его имущество. — с пылом возразила Ида.

— Что так, милая? Гордая слишком? — неожиданно насмешливо спросила Галина. — Где была твоя гордость, когда он решил этого мальчика тебе на воспитание всучить?

Бедная Ида не знала, куда себя деть от подобного тона и резких, но ой как правдивых, слов своей учительницы.

— Я не могла поступить иначе… Не оставлять же его на улице. — оправдалась она.

— Верно, ты не такой жестокий человек, но может быть пора проявить хотя бы жёсткость, Ида? Может пора заявить свои права хотя бы на ваш старый дом, он ведь тебе и принадлежит? Не ради себя, так ради своих детей можно засунуть гордость в одно место и сделать так, как будет лучше для них и для тебя!

— Я не знаю, как будет лучше, я не знаю. — схватилась она за голову.

— Никто не знает, кроме тебя самой. Тебе надо хорошенько подумать. — подвела итог их тяжелому разговору Галина и погладила её по плечу. — А теперь скажи-ка мне, Идочка, ты зачем в дом под нос к мужчине, который итак своё хозяйство в штанах удержать не может, притащила вот эту вот красавицу волоокую? Чтобы муж не к тебе по ночам в постель ложился, а к ней?

Ида удивлённо перевела взгляд на Зарему, которая смирно играла с детьми, а потом на Галину.