Неверная

Как она доехала домой, Ида почти не помнила, как дошла до своей комнаты тоже, она лишь помнила, что попала в ловушку. Оставила в заложниках в чужой семье дочь и пришла, как мышка на сыр, только к сыну. Влад её не отпустит, вдруг поняла она, и с сыном видеться не даст после развода, увезёт его так далеко как только сможет, лишь бы ей насолить, ей — свей любимой женщине, которая отказывается быть таковой…

Глава 23

«Какой же ты идиот, Ковалевский, какой же ты придурок! Мало тебя в детстве били, надо было больше!» — орал на самого себя Влад, возвращаясь с чёртового открытия загородного клуба вместе с женой в машине. Он встревоженно смотрел на Иду, которая растеклась по сиденью машины с закрытыми глазами, она была такая бледная, что он подумывал вызвать врача, но она отмахнулась от него, сказал выпьет таблетку и пошла спать.

Влад остался наедине с самим собой и боксёрской грушей, что висела у него в мини-зале, он надел перчатки и что есть силы дубасил кулаками по песочному мешку, проклиная всё на свете.

Один раз он оступился с праведного пути верного мужа в постель к шалаве, имя которой узнал только утром, и этого хватило, чтобы она залетела, родила больного ребенка и через три года, вылезла как демон из преисподней и начала качать свои права, точнее право своего ребёнка на отца. Только Владу это нахрен было не надо, хватало ребёнка жены, что хотя бы жил не с ними, а эта сука Ира пыталась всучить ребёнка ему, грозила, что сдаст его в детдом или спец учреждение, если Влад не возьмёт его себе. Куда себе? Домой к жене, которая еле терпела его присутствие? К сыну, который итак оправлялся от травмы и готовился к следующей?

Влад ни хрена не понимал логику этой дуры, скинул это на Филина, проверить её ещё раз, слишком много совпадений. Спустя три года на него будто налетела стая стервятников и нещадно клевала во все места.

После отрезвляющего душа, Влад пошёл проверить жену, но когда он не увидел её на аккуратно заправленной кровати, где валялось её скомканное красное платье, у него в груди похолодело. Её не было ни в гардеробной, ни в ванной, зато он нашёл её в комнате сына, она свернулась клубочком рядом с ним, одетая в шелковую белую пижаму и держала его ладошку в своей. В темноте еле светящегося ночника, который сын всегда включал на ночь, не спал без него, Влад присел на краешек кровати, глядя на двух самых дорогих ему людей в мире. Его любимая женщина и сын, которого она родила, тихо сопели рядом друг с другом. Они были вдвоём, а Влад всё время тёрся где-то на задворках их семьи, которую он не смог сохранить, поставив на первое место свою чёртову гордость и похоть.