Неверная

— Почему ты так думаешь?

— Она сказала, что своими глазами видела тебя с другим мужчиной. И у неё твое кольцо, которое я тебе перед отъездом в Питер подарил. Откуда оно у неё?

— Я не знаю. — вздохнула она, тяжело вставая со своего места. — Я думала оно на месте, в коробочке. Совсем про него забыла. Пойду посмотрю…

Ида исчезла на втором этаже, а Влад остался в одиночестве, доедать завтрак, но у него кусок в горло не лез. Она забыла про его подарок на годовщину свадьбы, а ведь он выбирал ей эскиз белый месяц, ещё два шла работа над памятным кольцом. Для неё как будто эти пять лет закончились, как и их брак, а он всё же надеялся, что она передумает."

"Ида и Димка что-то не спускались и Влад направился за ними, наверное, сын расстроился, что соврал маме, которая воспитала в нём совесть и презрение ко лжи. В комнате сына были слышны его всхлипы, Димка сбивчиво что-то рассказывал Иде, и когда Влад расслышал, что именно, у него вырвался вздох удивления. Дима буквально сдавал маме всё и всех.

— Вот, шрам мой, это от другой бабушки, Артёмы! Она сказала не говорить, сказала, что ты плохая, ты будешь меня ругать!

Двое взрослых не догадались спросить, что произошло у них дома в ночь перед приездом отца, у единственного человечка, который при этом присутствовал, они думали, что он слишком мал, чтобы помнить. Но он помнил, отчасти из-за отрицательного закрепления в виде ожога. И Дима рассказал всё…

В тот вечер к ним домой в гости пришла бабушка, как он её назвал, Артёма, она показалась ему даже доброй, принесла мягкую игрушку. Они о чем-то говорили с мамой, а потом мама ушла, оставила сына с бабушкой, которая включила телевизор и погнала Димку спать, но он даже не поужинал, и когда ребенок решил налить себе чаю, всё и случилось — ожог, ор бабушки, угрозы, что она сделает так, что ни папу, ни маму он больше не увидит. Заплаканный Дима уснул голодным, но бабушка догадалась намазать его мазью от ожога, которую нашла в аптечке в ванной. Она сунула её в ящик с игрушками и наказала ему мазать ожог каждый день с утра и вечером.

Ида, утонув в своих собственных проблемах, заметила ожог только, когда он почти сошел на нет, но даже не удосужилась расспросить сына о том, что произошло. Мать долго успокаивала сына, который разошелся в истерике не на шутку, он, наконец, выплакал все страхи, что терзали его, что мама его бросит, как и её мама бросила, что мама уйдет из дома и не вернется, что его самого украдут от обоих родителей. Родители заверили, что этого не случится.

— Дима, тебе нужно доесть завтрак, в потом нам пора ехать за животными. — сказал отец, чтобы отвлечь сына, и тот вытерев слёзы побежал вниз, всё ещё всхлипывая по дороге.

— Что будем делать? — сдавленно спросила Ида.