Неверная

Ида шумно вздохнула, у неё дернулась рука по привычке, погладить его по волосам, чтобы сказать, всё будет хорошо… Влад не заметил, он смотрел прямо перед собой и видел только перекошенное от злости лицо его отца.

— Про тебя он ничего не сказал, если тебе интересно… — добавил никому не нужный мальчик.

— Влад, а ты не думал, что всё, что произошло со мной, это его рук дело? — осторожно ступая по тонкому льду, сказала Ида.

— Думал… Конечно, я об этом думал, это же самое очевидное. — тяжело вздохнул Влад. — Это не он.

— Почему?

— Потому что ты до сих пор жива. — повернулся к ней Влад, пристально глядя в глаза. — Неужели ты думаешь, что если бы он на самом деле был против тебя, тебе позволено бы было выйти за меня замуж? Нет, Ида, он тебя одобрил, но сделал это по-своему, а именно позволил моей матери и сестричкам тебя изводить на зло мне. Для него нет разницы, что ты стала бы моей женой, что Дина или какая-то другая, вы для него все одинаковые. Он считает женщин мусором, что способен только на две вещи — быть красивыми и рожать. Ты красивая и доказала свою профпригодность, родила наследника с первого залета. Тебя приняли в семью, просто семья у нас херовая.

— Дворняжка стала свиноматкой? — усмехнулась Ида удивленному взгляду мужа и пояснила. — Я слышала, как он меня однажды так назвал в вашем разговоре по душам. То есть ты считаешь, что он никак не может быть замешан?

— Да, я так считаю и тому есть объективные причины, Ида. — твердо сказал Влад. — Первую я тебе уже назвал. Вторая, он не воюет с женщинами, а только с их мужчинами…

— Через них, Влад, ты же знаешь, что он угрожал семьям и их главы всё, что угодно делали, чтобы он не воплотил угрозы в жизнь. — возразила ему Ида."

"— Угрожал, но никогда не тронул ни одну женщину и постороннего ребенка. — тихо сказал Влад. — Только мою мать и своего. Ида, как ты думаешь, почему у него так много любовниц?

— Он очень богат.

— Это да, а знаешь, почему моя мать так их ненавидит? Потому что к ним он относился как к королевам, задаривал подарками, внимание, цветами, но при этом, стоило матери в них вцепиться зубами, он отступал. Ему слишком быстро они надоедают. Мусор же… Но он любит красивый и молодой мусор, что доволен своей жизнью и падает ему в ноги…

— Раз меня приняли в семью, значит и со мной так можно, как с твоей матерью, жестоко, по-семейному. — попыталась снова возразить Ида.

— Нет, ему плевать на тебя, уж поверь. Если не было, он тебе уже намекнул на что-то, он человек прямой, как я. Намекал?

— Нет. — вынуждена была признать Ида. — Но комплименты он делал неприятные.

— Конечно, неприятное, ты, как бы это сказать поприличнее? — замялся Влад, потирая подбородок.