Неверная

Ей некуда и не к кому было идти, ее отец отказался быть им сразу, как узнал, что её мать беременна, та в свою очередь отказалась от неё через пару лет, когда наигралась в дочки-матери, повесив на свою престарелую мать.

Бабушка была её единственным на тот момент живым родственником и заменила ей обоих родителей. Она стойко приняла свалившуюся на неё ношу и ни разу не попрекнула Иду, что та сидит на шее пенсионерки, ветерана труда. Воспитанная в жесткое послевоенное время, бабушка Валя и сама была жесткой, рано потеряла мужа, родителей, всех братьев и сестёр, привыкла много работать, никогда не жаловалась, не сплетничала с соседками, не ругалась матом и много читала. В их квартирке старой пятиэтажки был маленький телевизор и огромный шкаф с книгами. «Учись, Ида, даже, если думаешь, что всё знаешь, учись!» — вкладывала ей бабушка мудрую мысль в голову. Она упустила дочь, но позволить себе упустить внучку она просто не могла.

Ида закончила школу с золотой медалью, пробилась через большой конкурс в институт в Москве и уехала учиться. Любимая ею бабушка прожила после ее восемнадцатилетия всего несколько месяцев, будто выполнив свой долг на этой земле и спокойно ушла на покой. Квартира, которую она получила от завода в советское время, отошла единственной дочери, завещание бабушка написать не успела.

Тогда Ида увидела свою мать первый раз во взрослой жизни и сразу в последний, когда та приехала и продала её единственное жильё, позволив ей забрать вещи бабушки, предварительно оценив их ценность. Ида даже не плакала, когда родная мать поступила с ней хуже, чем чужой человек, она тоже просто приняла этот нож в грудь и продолжала учиться, как ей завещала бабушка. «Никогда не жалуйся, Ида, и не ропщи на судьбу… Принимай, как есть, и думай, что делать. От пустой болтовни хорошие мысли в голову не приходят.» — говорила она и Ида слушала, приняв свою новую реальность — никого у неё больше не осталось, придётся рассчитывать только на себя.

Так было до Влада, он стал её опорой, другом, мужем, любовником и отцом её ребенка, он стал для неё всем, но когда и Влад от неё отвернулся, Ида снова осталась одна на всём белом свете. Что ж, ей было не привыкать. Бабушка научила её не сдаваться, даже когда кажется, что земля уходит из под ног. «Если утром проснулась, значит всё уже неплохо…» — частенько посмеивалась она.

Мысли о бабушке и все её наставления — вот на чём продержалась Ида первую ночь после ухода из дома. Она провела её на железнодорожном вокзале, сидя на жестком холодном сиденье зала ожидания. Вдыхая неповторимый запах жженых рельсов вперемешку с ароматом жареных чебуреков, Ида всё больше понимала, что ей некуда ехать, да и почти не на что.