Never Finished: Unshackle Your Mind and Win the War Within

Некоторые семена получают больше солнечного света, больше воды, их сажают в питательный верхний слой почвы, и благодаря тому, что их помещают в нужное место в нужное время, они могут пройти путь от семени до саженца и процветающего дерева. Семена, посаженные в слишком большой тени или не получающие достаточно воды, могут вообще никогда ничем не стать, если только кто-то не пересадит их и не спасет, пока не станет слишком поздно.

Есть и такие сеянцы, которые сами ищут свет. Они перебираются из тени на солнечный свет без пересадки. Они находят его без того, чтобы кто-то выкапывал их и ставил на свет. Они находят силу там, где ее нет.

Это и есть стойкость.

Как только мы появляемся на свет, наш природный инстинкт заставляет нас искать пути к процветанию. Но не все так поступают, и иногда для этого есть чертовски веская причина. Я был воспитан в темноте. Мои корни были хлипкими. Я был едва привязан к твердой земле. Мой дух, душа и решимость не питались светом, но во время поездки домой я понял, что только я могу определить свое будущее, и мне предстояло сделать выбор. Я мог продолжать жить в ""Приюте заниженных ожиданий"", где было комфортно и безопасно верить, что моя жизнь - не моя вина и не моя ответственность и что мои мечты - это всего лишь фантазии, которые никогда не осуществятся, потому что время и возможности не были и не будут на моей стороне. Или я мог оставить все это позади и отправиться в мир возможностей, гораздо большей боли, непостижимо тяжелой работы и нулевых гарантий успеха. Я могу выбрать стойкость.

В двадцать четыре года во мне копилась мощная сила, ожидавшая своего выхода. Вскоре мне предстояло пройти две ""Адские недели"", стать членом морской, воздушной и сухопутной команд ВМС (SEAL) и закончить армейскую школу рейнджеров. Я участвовал в ультразабегах и побил мировой рекорд по подтягиванию. Благодаря той единственной ночи в Буффало, штат Нью-Йорк, когда я принял свою судьбу и решил использовать свою стойкость, я нашел в себе волю превратиться в самого жестокого ублюдка, который когда-либо находил свет там, где его не было."

"Я никогда не был военнопленным, как Джон Маккейн и многие другие, но первые двадцать четыре года своей жизни я жил как пленник в собственном сознании. Освободившись и начав развиваться, я понял, что редкий воин принимает невзгоды рождения в аду, а затем по собственной воле решает добавить столько отстоя, сколько сможет найти, чтобы превратить каждый день в тренировочный лагерь стойкости. Это те, кто не останавливается на достаточно хорошем. Они не довольствуются тем, что стали лучше, чем были раньше. Они постоянно развиваются и стремятся к наивысшему уровню себя. В конце концов, я стал одним из них, и именно поэтому меня чествовали на съезде VFW.