Неукротимый граф

Лавиния сделала неопределенный жест рукой и пробормотала:

– Ну, знаешь… невысокая, полноватая, болтливая и слишком наивная.

«Полноватая?!» – мысленно возмутилась Алекс.

– А что плохого в наивности? – пробурчала она, нахмурившись. И снова сжала кулачки – ужасно хотелось ударить сестру.

Герцогиня покачала головой и, изобразив улыбку, проговорила:

– Конечно, ничего плохого в этом нет, дорогая. Не стоит быть такой чувствительной. Просто вы с лордом Оуэном совершенно не подходите друг другу. И это ни для кого не новость.

– А из Лавинии и лорда Оуэна, по твоему мнению, получится прекрасная пара? – спросила Александра.

Герцогиня нахмурилась и гневно посмотрела на младшую дочь – очевидно, та слишком близко подобралась к ее тайне."

"– Александра, не говори глупости, – вмешалась в разговор Лавиния, сделав глоток сока, учтиво преподнесенного лакеем. – Я бы не посмотрела на этого развратника, даже если бы он оказался единственным титулованным джентльменом в Лондоне.

Судорожно сглотнув, герцогиня с мольбой взглянула на дочь.

– О, дорогая, не делай поспешных выводов. Твой отец говорит, что лорда Оуэн ждет большое будущее в парламенте.

Глаза Лавинии едва не выскочили из орбит.

– Не может быть, чтобы ты говорила это всерьез, мама. Всего месяц назад ты утверждала, что он – пьяница и распутник. Он предложил мне шампанского и весьма удивился, когда я отказалась.

Герцогиня заломила руки.

– Дорогая, но твой отец очень хорошего мнения о нем. И даже я теперь взглянула совсем иначе на этого молодого человека.

Лавиния густо покраснела.

– Отец ошибается! Из Оуэна Монро никогда не получится хорошего мужа!

«О боже… – думала Алекс. – Лавиния начала кричать, и дальше будет только хуже…». Мать же в отчаянии озиралась, и было ясно, что она не могла найти для старшей дочери нужные слова.

– Но он очень красив, – заметила Александра.

– Да-да, конечно! – Герцогиня закивала столь энергично, что тюрбан едва не слетел с ее головы. – Разве ты не считаешь его красивым, Лавиния?

– Какая разница, как он выглядит? – проворчала старшая дочь. – Ведь он отвратительно себя ведет!.. Знаешь, что он сказал мне вчера вечером? Сказал, что терпеть не может лошадей! Можешь себе такое представить?

– Но я не слышала, чтобы в последнее время он совершил что-то ужасное, – заметила Александра. – Слова о лошадях – исключение.

Лавиния прищурилась и злобно посмотрела на сестру. Помимо всего прочего она не выносила сарказма.

– Да-да, Лавиния, твоя сестра права, – поспешила согласиться герцогиня, продолжая кивать.

Уши Лавинии приобрели лиловый оттенок.

– Да вы обе лишились рассудка! – закричала она.