Неукротимая красавица

Ты точно не иллириец, тогда что делаешь здесь?

– Мы из Трикки, идем навестить бабушку – ее второй муж иллириец, а дом всего в нескольких часах отсюда, – вот сестра и захотела немного освежиться, ведь два дня уже в дороге.

Гигант растянул губы в хищной улыбке, и знакомый страх снова пробудился в Катрионе.

– Меня зовут Омар, я капитан иллирийской армии. Мы тут собираем с местных горцев дань султану, и обходиться с ними должны почтительно, чтобы не причинять хлопот султану. Женщинам запрещено к нам приближаться, и мы их не трогаем, но мои солдаты вот уже несколько недель в рейде и очень изголодались. А твоя сестра такая аппетитная! – Он повернулся к своим подчиненным и отрывисто приказал: – Тащите эту речную нимфу сюда! – И вдруг, развернувшись всем телом к Катрионе, со смехом прыгнул вперед. – И этот красавчик тоже подойдет для услады!

Кинжал Катрионы врезался ему в предплечье. Омар грубо выругался, но не отступил. Ей удалось нанести ему еще несколько ран, но он, не обращая внимания на боль и кровь, надвигался на нее, пока не прижал к отвесной скале. Несколько мгновений они испепеляли друг друга взглядами. Сердце ее отчаянно колотилось, она тяжело дышала, едва живая от долетавшего снизу отчаянного крика Сюзан Кэт вздрогнула.

В следующее мгновение она прыгнула на турка, но тот увернулся, зарычав от удивления и боли, когда кинжал глубоко погрузился в его плечо. Здоровой рукой он что есть силы ударил ее в висок, и она рухнула на землю. Тюрбан и платок свалились с ее головы, высвободив роскошные волосы цвета меда.

Наступила тишина, потом капитан, глядя на бесчувственное тело у своих ног, заревел от восторга:

– Клянусь Аллахом, это женщина! Правда, как дикая кошка, но это даже забавно! – Протянув руку, он резко схватил ее за локоть, поставил на ноги и, сжав ладонью подбородок, аж причмокнул: – Да ты красотка! Вот это удача!

Едва придя в себя, Катриона боялась шелохнуться, когда он принялся срывать с нее одежду.

– Да будет благословенен Аллах! Это же настоящее богатство!

Варвар тискал ее, щипал, – его руки были, казалось, всюду, – и Катриона содрогнулась от ощущения, что прошлое возвращается.

– Спокойно, моя красотка! – сказал ей громила. – Тебе нечего бояться: они тебя не тронут – насытятся другой девкой. А за тебя мне хорошо заплатят.

Катриона с ужасом увидела, как Сюзан вытащили из воды, швырнули на спину, и один из солдат уже пристраивается к ней, в то время как другой прижимает к земле. Ей было безумно жаль девушку, которая так и не узнала, что такое нежность, ласка и любовь: только насилие и боль, кровь и грязь.

– Пойдем! – оторвал Катриону от размышлений голос капитана.

Он отвел ее подальше от сослуживцев, уселся на землю и притянул ее к себе на колени.