Неудержимый. Книга XXII

К тому же кто лучше меня это сделает? Дождавшись утвердительного кивка в знак согласия, я сорвался с места.

Догонять девушку я не спешил. Держался в районе пятидесяти метров позади. Судя по эмоциональному состоянию, княжна на грани истерики, и мне бы не хотелось всё усугубить ещё больше. Пусть немного перебесится. Вон, как шпарит, не жалея сил.

Ребёнок… И когда это случилось, интересно знать… А может, он не мой? Одну-единственную соломинку, которая могла меня спасти от титула настоящего «папаши», я сломал сам. Сама по себе мысль была идиотская. Мы с Настей столько времени вместе провели… Нет, это исключено, она бы мне призналась.

Чёрт! Как же всё сложно! Мысли начали путаться. Я начал вспоминать все попытки Насти со мной поговорить. А это плохое самочувствие? Это же первые признаки, а я всё проморгал, сославшись на какое-то отравление. Идиот, что тут сказать, а может, это защитная реакция моего организма?

Настя выдохлась у небольшого ручья, что протекал в километрах пяти от нашей стоянки. По дороге она зацепила несколько тварей, что попытались увязаться за ней в погоню, но их настигла мгновенная смерть в моём лице. Нечего рот разевать на моё! Моё?

Девушка с ходу выхватила свой клинок и рубанула по ближайшему у ручья дереву. Столкнув его частично в воду, она залезла на него, присела и зарыдала. Я же перешёл в изнанку, чтобы подойти к ней ближе. А ведь и правда… Я улыбнулся, когда увидел в её животе совсем крохотный комочек энергии. Разве такой на «радаре» заметишь? Он был совсем крохотным, не больше ногтя на большом пальце, но энергия уже бурлила в нём вовсю. Более того, я заметил совсем тоненький канал, по которому струилась энергия, передаваемая ему от матери. Матери? Я посмотрел на Настю, которая, кажется, уже выплакала все слёзы. Даже не представляю, каково это было, узнать, что меня казнили.

— Привет, — я появился прямо рядом с ней."

"От неожиданности Настя чуть не свалилась в воду, но мои «волшебные нити», что моментально выстрелили, нежно её обхватили, не дав упасть.

— Ты! — она бросилась на меня словно пантера, — Ненавижу! Ненавижу тебя! Подлец! Негодяй! Будь ты проклят!

Я не сопротивлялся, даже, наоборот, отключил всю защиту, чтобы девушке не прилетело случайно в обратку. Пусть перебесится…

Настя костерила меня, выкрикивая всё новые и новые ругательства. Некоторые из них я слышал впервые. Она проклинала день нашей встречи. День, когда я спас её в пещере трупоедов, а потом и день, когда я притащил кольцо Крюгеров. Она вспоминала каждое событие, что сближало нас всё ближе и ближе. Её удары становились всё слабее и слабее, до тех пор, пока она и вовсе не остановилась и вновь не заплакала.

Я прижал её к себе и начал гладить по волосам. Говорить что-либо, мне не очень хотелось.