Неудержимый. Книга XXXVII

Даже съеденный в спешке кристалл с концентратом не дал желаемого эффекта. Регенерация не увеличилась, потому что эффект от старого кристалла ещё не прошёл.

Я не придумал ничего лучше, чем залепить в сферу дар «левитации», что снизило расход на магию воздушной стихии, которая толкала меня вперёд. Но всё равно, расход на поддержку сферы продолжал осушать мой энергетический сосуд, что было очень странно. Не знаю, что именно пошло не так, но мне показалось, что поток энергии, с каждой минутой, проведённой в сфере, чах, словно что-то высасывало её из меня намеренно.

Внутри начинала подниматься паника. Я прикинул по времени, на сколько хватит энергии, и совсем приуныл. Не больше получаса. А это значит, что у меня есть лишь пятнадцать минут, чтобы найти укрытие, иначе придётся возвращаться. Пятнадцать минут в этой вязкой, беспросветной мгле — слишком мало, чтобы можно было что-то отыскать.

Прикрыв глаза, я постарался сосредоточиться, успокоить дыхание. Думай, Дима. Если обделаешься сейчас, то все, кто на тебя так рассчитывает, погибнут, и это будет полностью твоя вина. В голове зазвенел тревожный гул, но я заставил себя разложить всё по полочкам.

Я начал перепроверять мыслеобразы вожака, вспоминал каждую деталь из его памяти. Всплыли обрывки общения с тем самым гуманоидом, что сидел в пещере до весны, угрюмо пережидая холод. А что, если он и правда не смог преодолеть этот барьер? Не у всех же есть доступ к изнанке. Допустим, так. Но куда он тогда направился, когда пришла весна?

Точно! Мне нужен хотя бы один мыслеобраз с шикарным видом из этого сортира… Я поморщился от собственных слов, но продолжил цепляться за любую зацепку. Перебирал один образ за другим, возвращался к мельчайшим деталям, даже из обычной, повседневной жизни. Всё, что могло подсказать мне направление, сейчас имело значение.

Через пять минут полёта, когда я уже изрядно вымотался и успел спалить примерно пятую часть всего своего запаса энергии, мне наконец-то улыбнулась удача. Если это вообще можно назвать удачей. Я действительно выловил мыслеобраз без этой чёртовой мглы.

Зрелище оказалось до боли унылым, даже по меркам этого мира. Всё вокруг утопало в одинаковом белоснежном полотне, и, если бы не яркое солнце, я бы подумал, что сам застрял в бесконечном снежном кошмаре. Сколько же тут этих долин? Судя по всему, простирались они бескрайними просторами, будто кто-то специально размножил их копией за копией.

Но взгляд сразу зацепился за главное. На горизонте, километрах в ста впереди, темнел гигантский силуэт. Огромный вулкан, возвышающийся над белым миром, словно чёрная свеча, воткнутая в ледяное полотно. Спрятать такую дуру под снегом было просто невозможно.