Неудержимый. Книга XXXV

"

"Чтобы избежать лишних потерь, я увеличивал численность атакующих групп вдвое, а порой и втрое. Так, у врагов не оставалось даже надежды на сопротивление. Впрочем, почти никто и не сопротивлялся. Почти все оказались или ранены, или вымотаны бурей до такой степени, что сдача казалась спасением.

Через пару часов прочёсывания местности с помощью «радара» я решил остановиться. Даже если кто-то и ушёл обратно в поселения, то это вопрос времени — всё равно доберёмся и надаём по рогатому кумполу, по-другому никак.

Первичный этап зачистки можно было считать завершённым. Дальше наступил второй, всех пленников нужно было доставить до поселения и тщательно проверить.

Согнать всех айсварнов в одно место оказалось задачей не из лёгких. Оно и понятно, ведь воинов оказалось слишком много. А ещё у них имелось оружие, которое тоже кто-то должен был нести следом. В итоге мне пришлось использовать ледяные сани и бестий, которые начали протестовать сразу же после того, как увидели знакомые силуэты повозки.

Добравшись до поселения, начался третий этап. Я решил, что самым лучшим способом отделить зёрна от плевел будет проверка каждого входящего в поселение айсварна. Хитрые ублюдки быстро поняли, что настоящие «проснувшиеся» ведут себя странно — вялы, заторможены, не спешат в бой. Вот они и решили затаиться, притвориться такими же. Особенно после того, как оказались в плену. Уж лучше держать язык за зубами, чем нарываться на неприятности.

— Скажи мне, как ты относишься к богине Моране? — я задал вопрос одному из командиров.

Высокий, на пару голов меня выше, айсварн, смотрел на меня с презрением. Я сразу заподозрил неладное и начал с него. Энергетический силуэт командира колебался между тем, чтобы прийти в ярость и попытаться дать бой и страхом, сложить голову прямо здесь…

— Отвечай! Чтобы все слышали! — приказал я, коснувшись его руки.

Мыслеобразы подтвердили мою догадку. Он всего лишь притворялся бедной овечкой, но это мы сейчас исправим…

— Я ненавижу… — только и успел сказать он, прежде чем мой кулак оказался у него в области паха.

Я не знал, какой способ лучше выбрать, чтобы он вмиг «прозрел», вот и ударил его в промежность, что было сил. Умереть от такого удара невозможно, по крайней мере, не сразу, а вот весёлых ощущений он доставил уйму.

— Муу-у-у-у! — замычал командир, схватившись руками за пах.

Остальные пленники скривились от боли, словно это им я прописал лечебный удар. Кто-то даже высказался, что это бесчеловечно, но только на свой лад. Мол, даже самые сильные воины никогда не опускались до подобных методов допроса.