Неудержимый. Книга XXXI

 — Но теперь всё в порядке."

"— Дима, — Арина Николаевна взяла слово и улыбнулась. — Познакомься, это моя мама, Громова Юлия Семёновна, — радостным голосом сообщила она, указывая на пожилую даму в пышном белом платье и такой же белоснежной меховой накидке.

Дама смерила меня взглядом с головы до пят и слегка скривилась. Она выглядела раздражённой. Что-то мне подсказывало по виду гостей, что они здесь спорили. Генерал тоже выглядел не очень радостным. Он нахохлился, как воробей, и смотрел на всех, как на предателей родины.

— Явился… — фыркнула она. — Был бы мой горячо любимый муж здесь, он бы с вами всеми мигом разобрался! — Она обвела взглядом всех присутствующих.

— Мама, давай ты не будешь устраивать ещё одну перепалку, — вмешался полноватый мужчина средних лет. — Меня зовут Пётр Илич Громов. — Он подошёл ближе и протянул мне руку. — Будем знакомы.

Я пожал ему руку, но ничего не ответил, лишь кивнул головой.

— Пётр Илич — мой брат, единственный, кого не настигло правосудие в ночь переворота… — С некоторым недовольством пояснила Арина Николаевна.

— Навлекли столько горя на наш род! Господи! Если бы мой отец знал, чем всё закончится, никогда бы не дал согласия на вашу свадьбу! — злобно зыркнула на генерала Юлия Семёновна.

— Сколько можно повторять? — Рыкнул он на неё. — Вячеслав сам виноват, что влез в коррупционные схемы, он и его сыновья занимались вымогательством, грабежами и убийствами. И это на посту главы городской стражи! Они хотели нас убить!

— Ну и убили бы, подумаешь! — Фыркнула она в ответ.

Все в комнате, кроме меня, закатили глаза. Теперь мне стало всё понятно. Настя говорила, что её дедушка был против свадьбы Арины Николаевны и Владимира Александровича. Видимо, её мать тоже, раз позволяет себе подобные высказывания.

— Мама! — Пётр Ильич перешёл на ультразвук. — Хватит! Мы пришли сюда не для того, чтобы слушать твой маразматический бред!

— Пётр, что ты такое говоришь… Твоего брата и племянников убили! А вчера ты сам чуть не лишился жизни!

— Но не лишился же! — он начал краснеть и злиться ещё больше.

Пётр Ильич выглядел не очень спортивным человеком. Слегка полноватый, лысый, с кругами под глазами и достаточно усталым взглядом. Он уже покраснел как рак и тяжело дышал.

— Полагаю, я здесь лишний, — я развернулся и попытался отступить, увлекая за собой свою законную жену.

— Дмитрий, что вы такое говорите! — Пётр Ильич подскочил ко мне с умоляющим взглядом и вцепился в руку. — Прошу, возможно, вы сможете разрешить наш спор с Владимиром Александровичем.

Я уставился на генерала с вопросительным взглядом. Но он лишь отвернулся в другую сторону.

— Пётр Илич, я хочу понять, о чём идёт речь, расскажите мне всё — от и до… — попросил его я.