Неудержимый. Книга XXXI

 — Вы хотели меня видеть?

— Чёрный Егерь собственной персоной… — она ухмыльнулась. — Надо признать, я сильно тебя недооценила. Это он? — она махнула в сторону ящика.

— Он, — я кивнул. — Вернее, его голова. Хотите, я могу открыть…

— Я же просила тебя не привозить его сюда, — недовольно проворчала она. — Открывай, сделаю заметку, что лично видела голову ублюдка. Макаров работал на нас достаточно давно, чтобы втереться в доверие. Я до сих пор пребываю в некотором недоумении по поводу его предательства.

— Всему виной случай, — пояснил я. — Одна ошибка повлекла за собой череду событий, на которые он уже не смог никак повлиять…

— Ты имеешь в виду себя? — Шешевская откинулась на спинку кресла.

— Думаю, всё намного глубже, — я ответил, выдерживая паузу. — Он проиграл в тот момент, когда посчитал себя сильнее остальных. Гордыня и долгая череда побед оторвали его от реального положения дел. Усыпили его бдительность, и в итоге он не смог правильно оценить противника.

Конечно, я бы мог ответить и покороче, но мне хотелось донести до Шишевской одну простую мысль. Что и она может оказаться в подобном положении. Недооценит меня, попытается кинуть, и карьера может пойти под откос, а может и жизнь в целом.

Я понимал, что Шишевская, скорее всего, в курсе некоторых моих даров, но всё же лишний раз светить ими перед полковником не стал, чтобы не вызвать лишний интерес. Голова была полностью заморожена, так что никаких проблем с её вытаскиванием из ящика не возникло.

Ухватив голову за уши, я вытащил её из ящика и поставил на стол, после чего повернул к Шишевской.

— Очень хорошо, — баронесса осталась довольна увиденным. — Александр Сергеевич, как же так? — она прищурилась, глядя ему в глаза, и закурила. — Вы не возражаете?

Вопрос был риторическим, потому что она уже это сделала. Я присел обратно на стул, дав ей возможность вдоволь насмотреться на бывшего любовника. Я не был уверен в этом на сто процентов, но всё говорило о том, что они были близки.

— Расскажи мне, как он умер, — попросила она.

Внезапная просьба застала меня врасплох, потому что умер он при весьма интересных событиях и по просьбе Долоса. Чёрт! Сказать ей правду или соврать? С одной стороны, я нуждался в информации касательно хранителей. А с другой, как и сказала Николь, я должен держать язык за зубами. Да, она сказала доставить его живым или мёртвым, но что будет, если она узнает о том, что шанс лицезреть его живым всё же оставался? Озлобленный на подобную несправедливость полковник мне был не нужен.

— Он погиб в бою, — я сделал свой выбор. — Отказался сдаться, и мне пришлось его прикончить.

Чем меньше подробностей я выдам, тем меньше претензий у неё окажется к моим методам работы.