Неудержимый. Книга XXII

Довольный Фэн Сюнь, вице-адмирал флота, сидел на капитанском кресле и наблюдал за Кан Фусу, старшим сыном Кан Ювэя, который стоял на коленях, склонив голову. На его руки и ноги были надеты антимагические оковы, что гарантировали безопасность всему экипажу, от его возможных безумных выходок.

Фэн Сюнь ничего не говорил, просто наблюдал. Да и что можно было тут сказать? Ведь его гениальный план, заманить флот противника на территорию военной базы рода Шан, полностью оправдалась, но острый момент, когда всё могло пойти под откос, вместе с крейсером, тоже присутствовал."

"Так называемый отряд «Ястребов», чуть не угробил весь флот, и если бы вылетели чуть раньше, у них бы точно всё получилось. А так, их встретил десяток отрядов «Звериных масок», которые только и ждали приказа, находясь на земле. За считаные минуты, несколько сотен магов жестоко расправились с несколькими десятками «Ястребов», ощипав их как куриц. А затем к ним подключилась артиллерия с земли, которая начала бить по вражеским судам ракетами земля-воздух. Это был ещё один сюрприз, который Фэн Сюнь подготовил для сынка губернатора соседней провинции Кан Фусу.

— Ты проиграл… — произнёс Лю Бан, который появился на капитанском мостике вместе с командиром личной гвардии.

Он обратился к Кан Фусу, который вздрогнул от голоса императора.

Фэн Сюнь, увидев, кто посетил его, буквально слетел с кресла, как лист бумаги, и уткнулся лбом в пол, приветствую императора. Остальная команда беспрекословно последовала за своим командиром.

— Молчишь? Даже не скажешь ничего в своё оправдание? — Лю Бан, плюхнувшись на кресло, посмотрел на Кан Фусу.

— Дайте мне ещё один шанс! — прорычал Кан Фусу словно зверь, подняв глаза на императора.

— Ещё один шанс? Тебе? — Лю Бан рассмеялся, — Ты, должно быть, ничего не понял, дружок. Тащи его сюда, — он обратился к Хоу И.

Через несколько секунд рядом с Кан Фусу появилась тележка с клеткой, в которой сидел губернатор провинции Ляонин, Кан Ювей.

— Простите меня… Простите меня… Простите меня… — только и слышался шёпот из клетки.

— Отец! — Кан Фусу посмотрел на отца шокированными глазами.

Кан Ювей сидел на полу, имея лишь одну ногу. Ни рук, но второй ноги у него не оказалось, как и глаз, ушей, носа и губ. Отвратительное зрелище. Он рыдал, захлёбываясь то ли соплями, то ли кровью, и повторял всего лишь одну фразу о прощении, не обращая внимания на своего старшего сына.

— Знаешь, кто сделал это с ним? — спросил у Кан Фусу император, — Свои же собственные сыновья… Твои братья, что отреклись от вас обоих во имя жизни.

Ошалевший от вида отца Кан Фусу, повернулся обратно и упёрся головой в пол.

— Простите меня… — начал он повторять за отцом.

— Не переживай! — довольным голосом сообщил Лю Бан, — Я тебя и пальцем не трону.