Войны начинают неудачники

 – Колдун оторвал взгляд от содержимого тумбочки и посмотрел на Красных Шапок. – Признаться, мне даже жаль этих недотеп. Они-то считают вас полноценными врагами и наверняка приедут в Южный Форт объявлять войну… Знали бы они реальное положение дел – умерли бы со смеху. Вы не находите?"

"Фюреры не нашли. Они одновременно вздохнули и уныло переглянулись. По крайней мере, расчет Секиры оказался верным – убивать своих бестолковых слуг Любомир не собирался.

– Надо отдать вам должное: время для междоусобицы выбрано самое подходящее. – Теперь колдун говорил гораздо медленнее. Он успокоился, и красные пятна уже не освежали его бледное лицо. – Кстати, вы не слышали, что медведя сначала убивают, а уже потом делят его шкуру?

– Потом можно и не успеть, пистон мне в ухо, – буркнул Секира.

– Что? – скривился Любомир.

– Сабля принес бы тебе Амулет, ты бы сделал его императором, а он бы убил нас.

– Превосходно. – Колдун беспомощно всплеснул руками и вновь нагнулся к тумбочке. – Кто напал на Саблю?

– Он, – Кувалда мотнул головой на Дурича.

– Просто Гнилич поехал на юг, а Кувалда прикрывал северные пути отступления, – тут же сообщил Секира, испугавшись, что отвечать за неудачу придется ему одному.

– Совместное творчество, – проворчал Любомир, почти исчезнув под столом, – не похоже на вашу семейку.

– Это он все прифумал, – сдал подельника Кувалда.

– Вранье! – возмутился перепуганный Дурич. – Шибзич начал первый! И меня втянул. А я уйбуя Затычку в этом деле потерял! Он мне как брат был!

– Оставим это. – Колдун наконец-то нашел, что искал, и, вернувшись в кресло, выложил на стол три маленькие пробирки, наполненные бурой жидкостью. – Оба хороши.

Красные Шапки согласно закивали головами, не сводя глаз с подозрительных склянок.

– Помните, что это? – Любомир демонстративно зевнул и небрежно указал на пробирки мизинцем.

– Наша кровь. – Кувалда нахмурился. – Ты говорил, что хочешь выяснить, почему Красные Шапки не способны к магии, и фолжен сфелать анализы. Я фумал, ты всю ее использовал.

– Это остатки. Сохранил на всякий случай. – Колдун встряхнул пробирки и поднес их к свету. – Секира, – склянка вернулась на стол, – Кувалда, Сабля… Нет, Сабля нам больше не нужен.

Он резко взмахнул рукой, и последняя пробирка со звоном врезалась в стену. Фюреры вздрогнули и отшатнулись. На стене кабинета быстро растекалась грязная клякса. Кровь Сабли.

– Начиная с этого момента, – холодным, отстраненным голосом произнес Любомир, – любое неповиновение, малейшая попытка встать мне поперек дороги закончится для вас смертью. Где бы вы ни были, как бы ни спрятались, кто бы вас ни защищал, вы не сможете укрыться от моего гнева. Располагая образцами ваших тканей, я легко превращу всю вашу кровь… ну, например, в мочу.