Неучтённый

И стеной был кораблик, не превышающий размерами малый штурмовик, именно тот, чью сигнатуру обнаружила Ника. Судно сдерживало строй истребителей, непонятно только, нанесло ли оно ощутимый урон, но задержать отступающих смогло, пока их с тыла не нагнала основная угроза и не разнесла вдребезги.

Правда, есть один неясный момент: что случилось с кораблём, который послужил заграждением, и почему его оставили тут. Или этот неизвестный не был союзником напавших на станцию?

Кружа и протискиваясь меж летающего мусора к центру объёма поля, им образованного, я понял одно: бой тут проходил знатный.

Я лавировал между обломками обшивки, каких-то деталей, пролетел несколько частей разорванных спасательных капсул. Но все окружающие меня объекты однозначно идентифицировались как фрагменты истребителей, приписанных к станции. И не было ни одного распознанного как части вражеского корабля. Создавалось такое впечатление, что бой вёл именно тот маленький кораблик, а завершило его уже догнавшее убегавших со станции людей подкрепление.

Сканирование летающих в пустоте обломков не выявило ничего полезного, здесь не было ни одного целого кусочка, пригодного хоть на что-то.

Раздумывая над перипетиями проходившего здесь сражения, я не заметил, как вылетел на достаточно открытое пространство, и мне представилась возможность рассмотреть дрейфующий странный кораблик.

Формой он напоминал небольшую, но хищную птицу с малым размахом крыла и немного вытянутым корпусом.

«Наличие крыла и обтекаемых форм говорит о приспособленности к атмосферному и, возможно, подводному бою», — дала свой комментарий увиденному нейросеть.

В этот момент я как раз подлетел к точке, с которой смогу зацепить это маленькое судно. Протянув лапу и надёжно зафиксировав её на одном из закрылков, я начал подтягивать кораблик к шлюзу, ведущему в трюмное отделение моего транспорта. Он был так мал, что не занимал и десятой доли свободного там пространства.

Затянув и расположив его у себя на корабле, я полетел обратно в сторону станции. И, только подлетая к причалу станции, обратил внимание на то, что управление кораблём произвожу на автоматическом уровне, даже не задумываясь над последовательностью действий.

«Наработка навыка пространственного управления судном завершена», — подтвердила мои мысли, не оформившиеся в слова, Сеть.

Чего-то подобного я в общем-то от себя и ожидал. Если судить по ставшей известной мне градации, в плане знаний, изучений баз я сейчас находился на твёрдом уровне неплохого выпускника какой-нибудь военной лётной академии. А они такие простые манёвры должны уже уметь выполнять на уровне рефлексов, что я сейчас и имею возможность проделывать.