(не)твоя дочь

В какой-то момент у Яны начинает звонить телефон. Она недовольно морщится, замечая имя звонящего, и, немного подумав, все же скидывает звонок. Через пару минут приходит смс. Еще одно. И еще.

Я вижу, как у Яны начинает портиться настроение.

Она нервничает, злится, сомневается. Смотрит на Алису, на часы. Что-то подсчитывает и в итоге мысленно отметает.

Нетрудно догадаться, кто именно ее отвлекает. Только в ее глазах я не вижу заинтересованности этим человеком. Нет и никаких признаков радости или предвкушения. Ожидания празднования торжества.

Годовщины, кажется?

Ни-че-го.

И это дает надежду, что наш первый совместный выходной не будет испорчен, еще не начавшись."

"– Да, слушаю! – нетерпеливо бросает Яна, все-таки не выдерживая и принимая входящий звонок. – Нет, я сегодня занята. Нет, не получится. Нет. Нет. В другой раз, Артем. Я все сказала!

Она еще несколько раз повторяет слово “нет”, прежде чем попрощаться с собеседником. И раздраженно выдыхает.

– Проблемы? – интересуюсь я, чувствуя, как в душе все начинает ликовать.

Значит, я ошибся. И она с дочерью переехала не из-за ремонта.

У них в отношениях с Артемом случился разлад.

Это заметно и по ее реакции на его звонок, и по тону разговора, и по остальным мелочам.

Я не знаю, почему меня так радует их разрыв, но я уверен, что сейчас идеальный момент, чтобы наладить контакт с дочерью.

– Нет, все в порядке, – отрешенно врет Яна.

Она рассеянно роется в сумке в поисках кошелька, замечая, что подошла очередь Алисы на аквагрим.

– Я сам заплачу. – Трогаю ее за локоть и разворачиваю к себе.

Я не знаю, какое у них материальное положение, но, судя по тому, что Яна сняла жилье не в элитной новостройке, а в старенькой квартирке без ремонта, дела не ахти. Кстати, к этому вопросу нужно еще вернуться.

Экономить на дочери у меня в планах не предусмотрено.

На удивление, со мной не спорят.

После аквагрима идут веселые горки, аттракционы с ракушками, паровозик, колесо обозрения и куча других развлечений.

Алиса бесстрашно держится даже на самых экстремальных каруселях. Смеется там, где многие взрослые вопят от всплеска адреналина.

Яна отходит в сторону, позволяя мне сопровождать дочь на все карусели и не вмешиваясь в наше общение.

Я должен радоваться такому повороту, но радость оказывается неполной. Чего-то не хватает. Причем в конце это понимает даже Алиса.

– Мам, а пойдем в комнату страха? Все вместе.

– Не рановато ли тебе, зайчонок? Насмотришься, а потом ночью спать будешь бояться.

– Не буду! Обещаю! Честно-пречестно! Мам, ну пожалуйста! Я давно хотела туда сходить. И ты же пойдешь со мной? Чего мне бояться? А еще папа будет с нами. Он нас подстрахует. Да? Ты ведь нас не бросишь? – разворачивается ко мне Алиса.

Я невольно пересекаюсь взглядом с Яной.