(не)твоя дочь

А если даже я перешагну через себя и расскажу, не станет ли все еще хуже, чем есть? Поверит ли он?

Помнится, тогда Денис вообще решил, что я зарабатываю таким образом. Плюс он предохранялся. Но даже если отмести все эти нюансы, то все равно остается главный стоп-знак.

Его семья.

И получается: я не смогла построить свое счастье, так еще лезу в чужие отношения.

Как отреагирует его жена, узнай о таком факте? Какой бы хорошей, доброй и понимающей она ни была, ей все равно будет неприятно и больно слышать подобное.

– Он не оставил тебе номера телефона?

– Нет, – сглатываю горечь на языке. – Твой выпускной аж через два года. Все может измениться.

– Да, он еще не скоро, – грустно соглашается дочь.

На мое счастье, она быстро забывает об этом разговоре и переключается на тему переезда. Ей интересно, куда мы поедем жить и какие там будут у нее друзья.

А вот у меня остается осадок на душе.

Мы возвращаемся домой, быстро ужинаем, и я начинаю собирать вещи. Алиса тоже включается в процесс, помогая со своими игрушками. За пару часов я успеваю сложить все самое необходимое. Сумок выходит много, но я в любом случае планировала вызвать такси.

Окидываю взглядом квартиру, проверяя, не забыла ли чего.

Записки или каких-то других объяснений Артему я не оставляю. На мое счастье, он сегодня снова задержался на работе. И мне не пришлось оправдываться, выяснять отношения и выслушивать очередные уговоры.

Сколько их было за годы нашей совместной жизни. Я даже верю, что Артем любит меня. По-своему. Иначе не возвращался бы каждый раз. Не помогал бы материально и не просил бы родить совместного ребенка.

Но я устала искать причины в себе. Что именно ему не хватало, раз его периодически тянуло налево? Просто мы не пара. Просто хватить портить друг другу кровь.

Я спускаю сумки на первый этаж, вызываю такси и с помощью водителя укладываю свой гардероб в багажник.

Алиса жалуется, что не успела попрощаться с подругами, на что обещаю ей, что мы еще вернемся сюда.

Через пятнадцать минут такси привозит нас по указанному адресу.

– Так. Ну а дальше уже сами, – бормочу вслед отъезжающей машине.

На тротуаре гора сумок и пакетов. И хоть подниматься не так уж и высоко, но я все равно жалею, что тут нет лифта.

В самом начале на энтузиазме все казалось гораздо легче. А сейчас и силы растерялись, и уверенность куда-то испарилась.

– Давайте помогу, – спохватывается незнакомая женщина лет пятидесяти, появившаяся словно из ниоткуда. – Вы к Нонне Петровне в квартиру? Новые жильцы? – интересуется она деловито.

Я начинаю невольно улыбаться. Старшее поколение нашего двора всегда было в курсе где, кто и когда. Мимо них ни одна новость не проходила стороной. Ни один новый сосед не заселялся без обязательного допроса.

Правда, именно эту женщину я не помню.