(не)твоя дочь

Его руки ложатся мне на плечи, гладят шею, зарываются в волосы. Я тону в серо-голубом, цвета грозового неба, взгляде, который из раздражённого вдруг становится ласковым. Манит к себе неподкупной заботой и обещанием чего-то большего.

Настоящего.

Денис робко касается моих губ своими, обводит контур языком, вызывая сладкую толпу мурашек по всему телу. Обжигает дыханием.

Я попадаю в его плен ровно на несколько секунд. Теряю землю под ногами, забывая, что надо дышать. Отзываюсь натянутой струной.

Я всегда слишком остро реагировала на его близость. Не так, как с другими мужчинами. Стоило ему меня коснуться – и я вспыхивала подобно спичке. Как по волшебству. Как запрограммированная. Будто бы он создан для меня.

И сейчас.

Всего на пару мгновений, но я проявляю слабость, забывая о реальности.

Которая, как в наказание, гранитной плитой рушится мне на плечи от звука мелодии домофона, заставляя вздрогнуть и выдохнуть испуганно.

– Не понимаю. А как же жена? – срывается раньше, чем я успеваю подумать и поймать хмельной взгляд Дениса.

– Яна? – слышу удивленный голос Ники, которая стоит в подъездных дверях и удивленно таращится на нас, как на привидение. – Воронцов? Вы… как? Вы чего здесь делаете?

Глава 23

– Яна? Воронцов? Вы… как? Вы чего здесь делаете? – этот ненавистный голос кувалдой бьет по темечку, взрывая в голове невидимые заслонки и возвращая меня на мгновение в прошлое.

В то прошлое, которое я отчаянно пытался забыть, стереть, удалить из своей памяти. Которое ненавидел всей душой. Из-за которого бежал сам от себя.

Я стараюсь как можно реже вспоминать свой период взросления. Несмотря на то, что понимаю: через это проходят все подростки. Переходный возраст, сложности во взаимоотношениях со сверстниками, жуткое давление со стороны матери, школы, окружения.

Я был далеко не послушным ребенком, знаю. И матери было трудно найти со мной общий язык. Возможно, сказалось отсутствие крепкой руки отца, а мать как авторитет в силу возраста я не признавал.

В какой-то момент все вышло из-под контроля. Перевернулось с ног на голову. Меня стало раздражать все, что происходит вокруг: ее попытки устроить личную жизнь, найти мне замену отца, научить жизни, вечная нехватка денег и куча долгов. Я бунтовал как мог. Ругался, сбегал из дома, начал курить, выпивать, вляпывался в плохие истории.

В семье наступили трудные времена. Мать потеряла работу, набрала кредитов. Из-за долгов мы переехали в новый район, разменяв свою квартиру на меньшую площадь. Мама считала, что смена обстановки пойдет на пользу, а вышло все наоборот.

Для меня.

Найти друзей в новом районе не удалось. С моими загонами меня не приняли. А после и вовсе дело дошло до конкретных стычек с пацанами.