Развод. Точка. Нет

Но его требования я худо-бедно выполняю, а мои выполнять муж не желает: уже год прошу его пройти обследование в больнице, ибо пора задуматься о ребёнке — всё-таки нам под тридцатник, а Кир всё переносит и переносит сроки. Подозреваю, не хочет ребёнка.

А без детей что за семья?

Да и не хочу я ходить на родительские собрания в пятьдесят лет.

Вот и сестра мужа Алиска, а по совместительству моя подруга, не то что о детях не думает, ей даже замуж не хочется. «И так хорошо», — любит повторять она.

А, может, Кир меня за эти годы разлюбил, потому не мечтает связать себя родительскими путами? Или у него кто-то появился? Видела я, как на него посматривала Ленка Огурцова, его коллега, когда мы были в кафе на юбилее их начальника.

Провалившись в свои мысли, а потом — сон, я не заметила, как оказалась на конечной. И дальше бы спала, но меня растолкал водитель с кондуктором:

— Девушка, деву-ушка-аа, — я очнулась оттого, что меня кто-то сильно тряс за плечо.

— А? Что случилось? — сразу не поняла я.

— Ничего, кроме того, что вы проспали до конечной и сделали с нами круг. А сейчас мы поедем в троллейбусный парк. Смена заканчивается.

Я взглянула на часы: десять вечера, сейчас со службы вернётся Кир, а меня нет дома.

— Твою петрушку! Почему сразу не разбудили? — предъявила я законные требования работникам общественного транспорта.

— Так мы вас пытались разбудить, но это было сложно: вы, не открывая глаз, повторяли: «Ну, Кир, дай поспать, мне сегодня ко второй паре», — смеясь, ответила кондукторша.

Только я пересела на другой троллейбус, направлявшийся к моей остановке, затренькал телефон. Я и не сомневалась: это Кир, ибо на него одного был установлен рингтон: «Такой один».

— Валерия, ты где?

Хотелось ответить: «В Караганде». Кстати это не игра слов, Караганда — мой родной город, мы переехали в Россию, когда мне было всего лет пять, потому свою родину я помню очень смутно и отрывисто. Да, отвечать на бестолковый вопрос: где, люблю именно так. Но не с Киром же перепираться.

— Понимаешь, тут такая история… В общем, еду я…

— Прости, отвлёк, — перебил муж, — думал, ты уже дома. Будь, пожалуйста, осторожней, не попади в аварию. — И отключился.

«Поздно! Раньше надо было говорить: 'Будь осторожна», — буркнула я. — А то целое утро бухтел: «Не бери машину, поезжай общественным транспортом».

Я подумала, сколько сейчас последует воплей, когда Кир узнает, что попала в аварию, да ещё налетела на Голубева. И представила наш диалог:

— Я тебе говорил, чтобы не садилась в машину до самого лета?

— Говорил.

— Почему снова взяла её?

— Хотелось… не хотелось идти ножками до остановки, а потом трястись в общественном транспорте, да ещё надо было заехать в магазин и на рынок за продуктами.