Подонок, ты будешь думать, что меня больше нет. Книга 2

Конечно, Медичи еще не женат, но поселить любовницу и невесту в одном доме — это многое говорило о нем, как о человеке. Эгоистичный подонок. А ведь он мог поселить меня хотя бы в той квартире, в которой насиловал меня в рот. Но, нет, зачем так далеко ездить? Развлечение должно быть под боком.

Я раньше заметила, что, если я утром выходила из комнаты, до обеда за мной невзначай ходил охранник. Тогда не могла понять почему, а теперь осознавала, что он, скорее всего, следил за тем, чтобы я Буджардини не мешала. Хотя, Винченсо мог просто запретить такой никчемной игрушке, как я, выходить из комнаты пока Оттавия в доме. Так было бы ему проще."

"Сегодня не было охранника. Почему? Я не знала. Наверное, Медичи стало резко плевать даже на свою невесту, которую я разозлила тем, что бегала по дому в надежде связаться с Винченсо. Поведение недостойное временной игрушки. Был бы рядом тот охранник, наверное, он остановил бы меня и отправил обратно в комнату, чтобы я не нервировала Оттавию. Но, ничего, она сама не растерялась. Наказала меня. Какая умница. Стерва. Медичи может ею гордиться. Они друг друга стоят.

Я продолжала сидеть на мраморной лестнице и мысленно сгорать от ненависти к Медичи и Оттавии. Касаясь ладонью коротких волос, все думала о том, как бы им отомстить, но, если честно, желала им обоим сгореть в огне.

Я уже сильно дрожала от холода, когда мне на плечи кто-то накинул пиджак. Я обернулась и тут же застыла. Позади меня стоял отец Оттавии — Риккардо Буджардини.

— Ты можешь простудиться. Стоит позаботиться о своем здоровье, — сказал мужчина, доставая из кармана брюк сигареты. Отдав мне пиджак, сам он остался в рубашке и черной жилетке. Тоже не самая лучшая одежда для прохладной осени, но казалось, что Буджардини совершенно не холодно.

— Спасибо, но не нужно. Я хотела уже возвращаться в дом, — я поднялась со ступенек и сняла с себя пиджак, после чего протянула его мужчине.

Если честно, я растерялась. Передо мной находился тот, у кого было немерено власти и влияния — дон Каморры. В силах этого мужчины немыслимые поступки, но почему-то он не пугал. Скорее производил впечатление простого, но, тем не менее, мудрого и рассудительного человека.

— У тебя красивые волосы, — сказал он, забирая пиджак. Меня от этих слов покорежило. Я подумала, что мужчина издевался, но выглядел он так, будто говорил искренне.

— Спасибо, — пробормотала, желая разбираться в том, являлись ли слова Буджардини правдой или ложью. Какая разница? Мои волосы от этого обратно не вырастут.

— Ты кузина Винченсо? Я слышал, что она вот-вот должна поступить на первый курс Сыцилийского колледжа.

— Нет. Мне уже восемнадцать, — я отрицательно качнула головой.