Подонок, ты будешь думать, что меня больше нет. Книга 2

 — Вырву язык и заставлю его сожрать. Я порву тебя на куски и скормлю их собакам.

— Так и думал, что ты закроешь ее собой, — я немного видела Яна. Когда Винченсо отшвырнул Ксиана, он рухнул на стол, но теперь сел на нем и повернулся к Медичи. При этом я впервые видела, чтобы Ян улыбался так. Словно ему было очень весело. — Я узнал, что в этом году в универ приехала не Фелиса, а Ромола по шрамам. На Фелисе их было много, а на Ромоле — нет. Тогда я подумал, что это будет интересно, но даже не предполагал насколько сильно.

— Сегодня ты переступил черту. Подписал себе смертельный приговор, — Винченсо завел свою ладонь за спину и ладонью сжал запястье моей руки, которой я рефлекторно, вцепилась в ткань его пиджака. Ощутив его тепло на своей коже я почувствовала толику спокойствия. — Ты поставил жизнь Ромолы под угрозу и за это я уничтожу все, что тебе дорого.

— Можешь попробовать. Мне интересно вести с тобой войну. Но, все же для начала я хочу вернуть тебе долг, — Ксиан до этого момента улыбался, но внезапно на его лицо легла серьезность. — Помнишь ту девушку, которую ты мне отправил? Изнасилованную и изуродованную? Так вот, она не была моим человеком. Не по моему приказу она следила за Гвидиче.

— Думаешь, что я в это поверю? Она сама во всем созналась. Рассказала, что это ты ее подослал.

— Но, тем не менее, это не так. Зная, что я часто находился рядом с Ромолой в то время, кто-то прикрылся мной. Заранее заставил девушку назвать мое имя, если ты ее поймаешь, — Ян пожал плечами. — И я не смог узнать от кого она. Когда мои люди взялись за нее, эта девушка просто откусила себе язык. Предпочла умереть.

— В следующий раз, когда мы вновь увидимся, я тебя убью, — такими словами Винченсо ответил Яну, после чего, все так же закрывая меня собой, повел из зала. Почти сразу нас окружила его охрана и мне стало немного легче.

— Можешь мне не верить. Главное, что я предупредил и ты знаешь, что за Гвидиче следил еще кто-то. Некто настолько страшный, что она предпочла умереть, нежели рассказывать об этом человеке, — эти слова были сказаны громко. Их услышали все, кто был в зале. Да и без этого мы привлекли к себе слишком много внимания. Когда вышли в коридор, Медичи сказал одному из своих охранников:

— Узнай имена всех, кто сейчас находится в зале и сделай так, чтобы они не захотели распространяться об увиденном и услышанном.

Охранник на это кивнул и, отстав от нас, завернул в другой коридор.

Машина уже стояла около главного входа в ресторан, поэтому, будучи все еще окруженными охраной, мы вышли из здания, после чего сразу сели на заднее сиденье. Автомобиль тронулся с места и Медичи достал телефон. Сделал несколько звонков и грубо, резко говорил непонятные мне фразы, лишенные лишних слов. Прямые приказы.