Подонок, ты будешь думать, что меня больше нет. Книга 2

Винченсо

16 июня. Бергамо. (Один день до смерти «Ромолы»)

— Вы проверили всех ее подруг? Знакомых? Бывших одноклассниц, с которыми Мелкая общалась? — Винченсо до побелевших костяшек сжал руль и прибавил скорости, пересекая крайние улицы старого города в Бергамо.

— Да, проверили всех. Ромола сейчас не у них, — ответил Батиста, локтем облокотившись о ручку на двери.

— Тогда, где она может быть? Бл*ть, где Мелкая прячется? — черты лица Медичи покрылись ужасающим мраком, когда он спросил: — У нее точно не появилось парня за последние дни?

— Нет, парня у Гвидиче нет, — Батиста отрицательно качнул головой. — После того, как ты пару дней назад, после своего возвращения из Милана, отвадил от нее Гаспаро Мути, с которым Гвидиче недавно начала отношения, нового парня у нее не появилось. Это точная информация.

— Вы проверили этого Мути? Может, она у него? — Медичи с еще большей силой сжал руль. Казалось, что еще немного и он его к чертовой матери вырвет.

— Винченсо, ты вывез Мути в поле и, приставив к его голове пистолет, заставил руками рыть яму, в которой обещал закопать его труп, если Мути еще хоть раз приблизится к Ромоле. А потом заставил при тебе позвонить Гвидиче и бросить ее, — Батиста повернулся к своему другу. — Он кожу на руках в лохмотья порвал, пока рыл яму и обоссался от страха. Думаешь, что Мути после этого пустил бы Гвидиче к себе?

— Вы его проверили или нет? — жестко спросил Медичи.

— Да, проверили, — Батиста опять отвернулся к окну. — Мути в больнице. Лечит руки и, насколько мне удалось узнать, в ближайшее время вообще собирается уезжать из Бергамо, — парень несколько секунд молчал, после сказал: — Винченсо, ты слишком сильно реагируешь на все, что связано с Гвидиче.

— В данном случае, я в твоем мнении не нуждаюсь. Сам разберусь, как и на что мне реагировать.

— Тебе нужно что-то делать с этой одержимостью Гвидиче. Иначе скоро ты окончательно свихнешься.

— У меня нет никакой одержимости.

— Да, конечно нет, — на лице Батисты, как всегда ноль эмоций, но в голосе еле ощутимо скользнул сарказм. — Год назад, после той вашей ссоры, ты перестал отвечать на ее сообщения. Оборвал ваше общение и не приезжал в Бергамо. Но ты не остановил слежки за Ромолой. Думаешь, что я не знаю о том, что в полночь тебе присылали собранную за день информацию и ты тут же ее просматривал? Каждый чертов день. Что делала. Куда ходила. С кем общалась.

— Откуда ты это знаешь? — машина остановилась на светофоре и Винченсо повернулся к Батисте, скользнув по другу своим жутковатым взглядом. — Тебе же известно, что я не люблю, когда кто-либо лезет в мои личные дела. Даже, если это ты."

"— Твои «личные дела» могут очень сильно навредить общему делу. Не забывай о том, кто ты, — Батиста тоже скосил взгляд на Медичи.