Смерть Несущая

Каждое утро этот дедок выходил на улицу с одной лишь мыслью: «Выпить!» Он искал заповедное зелье, с завидным упорством слоняясь от дома к дому, и в те моменты, когда находился в активных поисках, руки его отчаянно тряслись, взгляд лихорадочно блуждал по окружающему его пространству, а голова моталась во все стороны, отказываясь останавливаться хотя бы на мгновение.

Вот и я, очнувшись в совершенно незнакомой мне комнате, старательно пыталась вспомнить, как я здесь оказалась. Руки мои тряслись, голова болела так, что хотелось, чтобы хоть кто-нибудь в порыве благородства дал бы мне обухом по ней. Каково же было мое удивление, когда, повернувшись на бок, я увидела мирно сопящего рядом со мной дроу. Белоснежные волосы разметались по подушке, а на лице застыло странное умиротворение. Тела Корча я не видела, так как он был укрыт толстым одеялом. Как, впрочем, и я.

От открывшейся картины я на мгновение потеряла дар речи, лицо мое вытянулось, а глаза сами собой начали вылезать из орбит. Резко схватив полы одеяла, я рванула его вверх и тут же облегченно выдохнула. Слава тебе, богиня, я одета, и он одет, ничего срамного не случилось!

Несмотря на то что худшие подозрения развеялись, один вопрос оставался открытым: «Какого лешего я тут делаю? Вроде бы только потренироваться собирались…» – как-то вяло подумала я, стараясь лишний раз не мотать головой, так как каждое лишнее движение отдавалось острой болью.

Неожиданно послышался звук открывающейся двери, и в комнату вошел дракон. На этом моменте я несколько зависла, потому как несмотря на то, что в семье моей было много мальчиков, к такому зрелищу я оказалась совершенно не готова. Слегка влажные пряди волос разметались огненным пламенем по широкой спине. Мужчина, не глядя на нас с дроу, подошел к окну и, казалось, задумался о чем-то своем. Но я была совсем не против такой его невнимательности.

Еще никогда прежде я не испытывала столь сильного эстетического наслаждения от простого созерцания чужого тела. Должна заметить, почти полностью обнаженного тела, прикрытого лишь полотенцем, что как-то некстати прилипло к бедрам… Под влажной кожей, которая в свете заходящего солнца отливала золотом, отчетливо просматривался каждый мускул этого невероятно гармонично сложенного мужчины. Дрэй стоял спиной ко мне, и это, пожалуй, к лучшему, поскольку совершенно неожиданно я почувствовала, как незнакомое мне желание разливается теплой патокой где-то внизу живота. Отчего-то захотелось подойти к нему, провести кончиками пальцев по его золотой коже.