Смерть Несущая

Это что же получается, он меня только что послал? Из-за какой-то рыжеволосой выдры?! Которая к тому же еще и с Лиамом…

Должно быть, год тому назад я непременно разрыдалась бы от столь обидных слов брата, но не сейчас. Вместо этого кое-как подавила нарастающее утробное рычание, выдохнула и решила: раз он так, то и я тоже знать его не хочу.

Обиделась я на тот момент смертельно. Конечно, дня через два я отойду, если не раньше, но на данный момент разговаривать с ним мне не хотелось. Пусть эта Фридочка, чтоб она в луже утонула, катится вместе с братом куда подальше."

"Две недели пролетели, как один день. Как один кошмарный день, хотелось бы добавить именно такое определение. С Энакимом мы по-прежнему не разговаривали. И его, похоже, такое положение вещей вполне устраивало. Но это и немудрено, он-то не остался совершенно один, его новые друзья и подруги подобного просто не допускали.

Я разрывалась между учебой и новыми обязанностями. Во-первых, мне пришлось налаживать контакт с заведующим кафедрой, а если вы еще помните, то это был не кто иной, как профессор Кирл. Наше первое с ним знакомство было запоминающимся, но после этого я из кожи вон лезла, чтобы он начал воспринимать меня серьезно. Конечно, для меня его дисциплина была более легкой для изучения, чем для остальных, потому как с некоторых пор я очень отчетливо могла видеть энергопотоки, что пронизывают окружающий мир. Но трудность все же была: с тех пор, как я поняла, что могу управлять ими простым указанием мысли, то делать это при помощи логарифмов и специальных схем, как остальные, было очень тяжело. Словно идти к намеченной цели в обход за тысячи километров вместо того, чтобы пройти несколько метров напрямую. Но для себя я решила: если я не смогу держать свои желания под контролем, то они непременно возьмут верх надо мной. Дисциплина ума – вот что стало очень важным для меня. Я буду учиться так, как учат здесь, и не важно, что эти знания конкретно мне не нужны, лишними точно не будут.

Так вот, помимо нашего общения с профессором на лекциях, мне приходилось перед ним отчитываться каждую неделю. Я рассказывала о посещаемости студентов, об их успеваемости, о поведении, а также о том, что интересовало самого ректора. Многие из моих однокурсников были детьми весьма уважаемых деятелей политики, науки, магии и искусства, так что неудивительно, что родители через профессора Кирла отслеживали своих чад строжайшим образом. И не последним звеном в этой слежке была я. Кстати, осознав этот немаловажный факт, некоторые однокурснички пошли на попятный в своем желании устроить мне веселую жизнь. Со мной стали здороваться! А иногда даже спрашивали, как у меня дела.