Несудьба

Но я не могу простить себя за то, что допустил это все.

– Ты не виноват!

– Виноват. Надо было разобраться с ним раньше. Не ссориться с тобой. Не бросать тебя там одну. Я виноват, что это случилось, но больше… никогда, Ален. Никогда, слышишь, никто не посмеет сделать тебе даже просто неприятно. Я буду рядом, всегда-всегда буду. Даже если вдруг мы снова будем ссориться, как все нормальные пары, все равно больше никогда не оставлю тебя одну."

"В ее глазах стоят слезы, но она не выглядит грустной. Трогательная, нежная.

Обнимаю крепко и прижимаю к себе, зарываясь носом в волосы. Мой любимый запах…

– Почти все прошло, – возвращается она к той же теме, – только немного на плечах и запястьях осталось от майки. Были синяки от пальцев на щеках и руках, но все сошло довольно быстро. Он ничего не сделал, даже не тронул нигде, к счастью. Все пытался меня удержать, сорвал майку, от этого и следы на руках. Руки связал, представляешь? Маньяк какой-то.

Меня как кипятком ошпаривает от ее слов. Она немного дрожит, рассказывая это, а вот меня колотит просто невыносимо.

Я рад, конечно, что он не сделал ничего такого, что могло бы ее сломать. Но он сделал достаточно для того, чтобы быть сломанным самому. Я найду способ встретиться с ним. В конце концов, на льду мы точно встретимся еще не раз. И тогда мне уж точно будет плевать на последствия.

– Эй, – Аленка отстраняется, заглядывая мне в глаза, – не грузись так. Я правда в порядке. Мне сразу Оля помогла, она долго со мной разговаривала, потом мама дома. Папа не знает всего, конечно, мы не хотим, чтобы его посадили за убийство. Но я в порядке.

– Моя сильная Карамелька, – говорю ей и целую щеки, где, как она говорила, тоже были синяки.

Поднимаю ее руки, осматриваю запястья. Там светло-розовые полосы, видимо, от того самого связывания рук. Целую. Аккуратно, медленно, пытаясь отогнать те воспоминания и оставить новые. Эта девушка достойна только лучшего и миллиона поцелуев. И я дам ей это.

Веду пальцами по рукам, в тусклом свете купе осматривая кожу. На плечах тоже видно еще розоватые полосы, эти гораздо шире, сходят дольше… Покрываю поцелуями каждый из этих следов, зацеловывая и кожу вокруг.

Руки, плечи, шея и ключицы, а потом снова щеки и сладкие губы.

– Сладкая, – улыбаюсь ей, – точно Карамелька.

– Ты, кстати, так и не рассказал, почему Карамелька, – вспоминает она. – Обычно все шутят по поводу шоколадки, а ты отличился.

– Не особо, – смеюсь, наконец-то открывая ей секрет, – просто шоколадкой тебя называть странно, ну согласись. Но имя-то машинально ассоциируется, не злись только. Короче, я загуглил! Аленка – это не только шоколадки, там очень много продукции всякой. И батончики, и печенье, и конфеты… И карамельки! Ну это из списка самое подходящее было, вот и прицепилось.