Несознательный

Было бы время, то догнал бы, а так, надо поспешать за первой парой, раз у них не удалось расправиться со мной, решили довольствоваться моим напарником. Ну уж нет, не для того я здесь крутился, снова мотор на максимальную мощность и вдогон за первой парой. Хрен там, не успеваю, приходится открывать стрельбу с полукилометра, попасть не получилось, все же на такое расстояние рассеивание большое, зато напугал немца до дрожи в коленках, вон как в сторону шарахнулся. Правильно, я вас научу бояться.

Так, ладно, пока один празднует труса, беремся за его подчиненного, тем более, что вычислитель вывел мой самолет прямо ему в хвост. Одна очередь на три секунды, и объятый пламенем «мессер», валится вниз. Все, нет больше желающих, потягаться со мной? Точно, нет, энтузиазм куда-то пропал, а ведь их трое осталось, могли бы и попробовать, но отчего-то не решились, теперь можно и на свой аэродром. Двигатель Николая по-прежнему парит, но уже по-другому, это действительно пар, а не водная смесь, неужели не дотянет до аэродрома? Не дотянул, километров семь не дотянул, плюхнулся на какой-то луг. Вроде нормально сел, шасси не подломил, что немного подбросило, это да, луг не аэродром, неровностей хватает.

На аэродроме в первую очередь отправляю техничку для Николая, а потом иду на доклад Анистратенко о результатах разведки. Он что-то отмечает на карте и хмурится:

— Ну, насчет пятерых «мессеров» это ты заливаешь, — говорит он мне, — Хочешь напарника выгородить?

В ответ пожимаю плечами, мое дело доложить, а проверять дело начальства. А как сейчас проверишь? Связи с частями нет, поэтому если об этом бое и будет что-либо известно, так не скоро. Однако я ошибался, подтверждение насчет сбитых пришло в тот же день, потом даже начальство выезжало, чтобы лично удостовериться, посмотреть на останки немецких истребителей. Рисковали, ведь это практически передний край.

— Вот так, вылетел на разведку, и пятерых завалил. — Усмехнулся Ершов, вызвав меня к себе. — Это у тебя уже четырнадцать сбито, так что крути дырку под звездочку.

Ну да, я ведь говорил о приказе № 0299 от 19 августа, по нему героя за десять сбитых дают, ладно, посмотрим, как оно дальше будет."

"А дальше началась десятидневная оборона Гомеля, тринадцатый и сорок третий армейские корпуса немцев пытались прорваться на Чернигов и выйти в тыл Киевской группе войск. К сожалению двадцать первая армия оказалась обескровлена, силы оказывать сопротивление немецким дивизиям у нее не осталось, поэтому в конечном итоге Гомель был сдан. Тоже самое происходило и под Стародубом двадцать четвертый, сорок седьмой механизированный корпус и вторая танковая группа немцев медленно, но верно прорывались к границе Украины, создавалась угроза окружения киевской группировки войск.