Несознательный

К тому же, ощутив наше сопротивление в воздухе, немцы резко усилили численность люфтваффе под Смоленском, теперь уже о вылете меньше чем эскадрилья в полку не помышляли, истребителей со стороны противника было очень много, дня не проходило без крупных стычек в воздухе. Но наш полк каким-то образом справлялся, несмотря на то, что и мы несли потери, счет сбитых рос, и особенно в этом плане отличалось звено сержанта Соколова, они приземлили девять самолетов противника за четыре дня интенсивных боев. Сам я за это время сбил всего три истребителя, а на счету звена семь, но это и понятно, так как руководство использовало наши эскадрильи в основном на сопровождении бомбардировщиков, на расчистку неба отсылали не часто. Да и тактика немцев тоже изменилась, завидев наши истребители, они, как правило, старались избежать боя и отступить, зато с другими полками сражались яростно.

И все же передовые немецкие части застряли у Духовщины, не дойдя до Ярцево около тридцати километров, фронт сильно изогнулся, но устоял. К тому же, контрудар 24-ой резервной армии помог стабилизировать ситуацию, у немцев закончился бензин и боеприпасы, а оперативно подвезти их не давала уже наша авиация. Да и 16-ая армия настойчиво контратаковала немецкий клин в районе Демидова, создавая угрозу окружения третьей танковой группы.

Правда на фоне этих «успехов» пошли слухи, что в районе Могилева в окружение попали части 13-ой армии, и спешно готовится фронт резервных армий. Но тут главное то, что опять в отличие от той истории командование получило время, которого раньше катастрофически не хватало для развертывания войск. И все же давление немцев нарастало, и я знал, что в сентябре последует новый удар, но в направлении брянского и юго-западного фронта и он может стать катастрофическим для Киева.

В целом немецкое наступление повторяло то, какое произошло в июле сорок первого года в прошлой истории, но по срокам дней на двадцать позднее, а это уже давало шанс советскому командованию не подпустить фашистов близко к Москве. Надеюсь, это время не было потрачено зря.

Но это так небольшое отступление, нам же приходилось делать по несколько вылетов в день и каждый раз отражать атаки на бомбардировщики. Тут, правда, ощутив приступ безнаказанности, кое-кто в верхах решил использовать ТБ-3 в дневное время, и поплатились, от истребителей противника их мы сумели уберечь, хотя и трудно пришлось, а вот от зенитного огня нет. Все же ПВО у немцев очень эффективно работает, поэтому четыре самолета из девяти они потеряли. Хорошо хоть хватило ума на этом эксперименты с тяжелыми бомбардировщиками закончить, а то не представляю, что могло получиться дальше.