Несознательный

И не любят у нас вещателей, вон Смушкевич не скрывал своего отношения к Гитлеру, и был прав, и где он оказался в октябре?

— Понятно, — протянул комбриг, правильно истолковав мое молчание, — боишься прямо сказать? Правильно боишься. Ладно, не буду тебя больше пытать, делай свое дело, аварийность у вас в училище по сравнению с другими минимальна, в этом претензий никаких, а твои начинания я поддержу."

"На этом и закончилась наша беседа, Громов действительно поддержал мои методы учебы перед начальством, и даже посоветовал больше уделять внимания практической подготовки курсантов, хотя куда уж больше и так на сегодняшний день они имеют около шестидесяти часов налета, к лету налетают еще шестьдесят. Сто двадцать часов да еще с тренажерами, это не баран чихнул, это считай уже полноценный летчик-истребитель будет, тем более, что и тактикой современного боя он будет владеть. Жаль, что мне самому не удается набирать летные часы так, как бы я хотел, все же не удается как прежде выкраивать времени на полеты не по программе.

Но не все было так безоблачно в работе комиссии, пятерых курсантов пришлось отчислить, оказывается у них неподобающее происхождение, пятно на биографии — один из родственников оказался репрессирован. А в авиации могли служить только люди беззаветно преданные коммунистическим идеалам и без наличия врагов советской власти среди родственников. Такие вот дела. Меня это отношение к молодым людям покоробило, могли бы и раньше раскопать эти пятна в биографии, а не устраивать судилище, на второй части обучения, но тут я был бессилен чего-либо изменить. Так же было указано на недостаточно полную политическую работу, проводимую с курсантами, хотя куда уж полнее и так работе с правильностью понимания политики партии уделялось по часу в день. Увеличивать часы политинформаций было бы только во вред, оно ведь сильно приедается, когда долдонят одно по одному. Конечно, никто не рискнет сказать об этом, просто взяли под козырек, мол, будет исполнено, но думать-то надо чего предлагаешь, а не лепить что на ум взбредет.

Однако меня этот вопрос не слишком волновал, политическая подготовка курсантов не входила в мои обязанности, а вот по профилю обучения да, за это шкуру сдерут без лишних разговоров. Так что процесс обучения пришлось совершенствовать и дальше.

В апреле пришло известие, что радиостанции, которые сделали в нашей мастерской, прошли предварительные испытания и признаны годными для использования в авиации. Еще бы, при такой дальности связи, а она составила более двухсот километров и таких компактных размерах, не признать годной к использованию было бы верхом идиотизма. Но самое приятное, что выпуск этой радиостанции намечен уже на начало июня на заводе НКЭП СССР г. Александров.