Несознательный

— Вообще удивительно, что узнали, — улыбнулся Калинин, — без усов меня мало кто узнает.

— Теперь понятно, что за комсомольско-молодежное КБ тут обосновалось, — сделал выводы главный конструктор, пожимая руку своему коллеге, — а я все голову ломал, как это вдруг без опыта такой замечательный самолет спроектировали.

— Опыт дело наживное, — пожал плечами Константин Алексеевич, — и все же вы ошибаетесь Николай Николаевич, конечно, я помогал молодым людям, но вся реализация проекта полностью на них.

— Да, да, конечно, — закивал Поликарпов, но весь его вид говорил о том, что верить всему он не собирается, — какие планы у вас на будущее? Не все же время тренажерами будете заниматься.

— Почему? Ими и буду заниматься, — хмыкнул Калинин, — на них собираюсь специализироваться, дело это оказалось очень непростым.

— Позвольте, — встрепенулся Поликарпов, — с таким потенциалом и тренажеры? А как же конструирование новых летательных аппаратов?

— И ими тоже будем позднее заниматься, — подал голос Виктор, — но сегодня задача номер один помочь летчикам в освоении новой техники.

— Для этого есть летные училища, там и учат с самого начала, и занимаются переподготовкой летчиков, — возразил главный конструктор. — Каждый должен заниматься своим делом.

— Хм, — Шибалин хитро посмотрел на Поликарпова. — Николай Николаевич, вы в курсе какой налет в часах у выпускника летных училищ?

— А какое это имеет отношение к нашему разговору?

— Самое прямое, — ответил молодой человек и продолжил, — сейчас объясню. Совсем недавно было принято решение, что для выпускника училища хватит тридцати летных часов, вроде бы не так уж и мало, но на самом деле авиационный бензин сегодня в дефиците, его всегда не хватает. По этой причине инструкторы часто сокращают время полетов за счет того, что включают в летные часы и время, которое курсант просто сидит в самолете. В итоге вместо тридцати часов получается только двадцать, а то и того меньше.

— Это да, — согласился главный конструктор, — из летных училищ действительно выпускают неподготовленных летчиков."

"— Что происходит дальше, — продолжил Шибалин, — попав в часть, молодые летчики вообще лишаются права на полеты, ведь их учили на У-2 и очень редко на УТИ-4, а И-16 вообще предел мечтаний. Поэтому ни один командир в здравом уме не пустит их в самостоятельный полет, как бы он не хотел натаскивать молодое пополнение, за аварийность спросят с него. Вот и получается, что самолеты у нас будут, а летчиков готовых на них летать, нет. Поэтому тренажеры это хоть какое-то спасение, и еще очень велика потребность в учебных самолетах. Не просто в У-2, а именно в учебных истребителях спарках иначе аварийность будет очень высокой.