Несознательный 2

— Кому поручено заниматься турбореактивными двигателями? — Вдруг проявил интерес Сталин.

— До войны, турбореактивными двигателями занимался Архип Михайлович Люлька на кировском заводе, — отчитался Алексей Михайлович и при этом покосился на сидевшего невозмутимо Берию, — поэтому решили поручить воплощать двигатель в металле именно ему. Мы хотели усилить группу Люльки за счет иркутян.

— А вам не кажется, что это немного неправильно? — Спросил хозяин кабинета наркома. — Турбовинтовые двигатели нам тоже нужны, а вы хотите забрать специалистов из иркутского КБ.

Иосиф Виссарионович имел право на такой вопрос, слишком свежи у него были воспоминания, как обошлись с Поликарповым, практически разгромив его КБ. Хорошо хоть у Николая Николаевича оказались железные нервы, и он смог, несмотря на все эти выверты судьбы, запустить И-180 в серию и доказать всем своим оппонентам, что его самолет лучший. Не получится ли, что иркутский коллектив конструкторов будет разгромлен так же.

— Простите, товарищ Сталин, — смутился Шахурин, — но это решение было продиктовано исключительно пользой для дела. Иркутские конструкторы уже решили часть проблем с новым двигателем, почему бы не командировать специалистов для помощи группе разработчиков?

— Получить нужную информацию группе разработчиков в Иркутске никто не мешает, — отвел доводы наркома Сталин, — а разрушать сложившийся коллектив разработчиков, я думаю, расточительно.

Глава 2

Улыбаемся и машем

Ура, ура, цех 100 на авиазаводе переориентируют на новую продукцию, будут производить кумулятивные гранаты к ручным гранатометам. Правда при этом пришлось немного поменять парк станков, из цеха удалили большую часть токарных станков и поставили прессовое оборудование, на котором будут производиться кожухи кумулятивных гранат. Все это я узнал от Колесникова, которого вдруг перевели инженером в этот цех, так-то вроде все правильно, раз изобрел — внедряй. Но с другой стороны, изобретал он гранатомет, но никак не сам боеприпас, хотя и был в курсе всех тонкостей технологического процесса.

— Ты знаешь, что-то непонятное творится, — пожаловался он, когда отловил меня на авиазаводе, куда я пришел по делам, — вроде должно немало времени пройти, пока гранатомет пройдет войсковые испытания, а тут месяца не прошло, как из 1-ого Главного управления Наркомата вооружения, за подписью Носовского распоряжение поступило. Сами гранатометы будут делать на Куйбышевском заводе, а выстрелы к ним у нас.

— Так вы хотите в Куйбышевском заводе работать? — Не понял я его жалобы.

— Ты что? — Замахал он руками и со страхом посмотрел на меня. — Меня и на авиазаводе все устраивает, а там, на Куйбышевском, и без меня есть кому дело ставить.