Несознательный 2

Еще бы ему не «наблюдать», один из двигателей чуть ли не упирается в фонарь нижнего пулемета, представляю, какой рев у него там сейчас. Но это не надолго, всего двадцать секунд, пока двигатели выходят на режим.

— Сброс!

Это уже пилот констатирует факт сброса изделия с крыльевого крепления. Ага, вижу как изделие проваливается вниз метров на десять и я подхватываю его управление джойстиком. Одновременно со сбросом звук от двигателей резко возрастает, это они включились на максимальную тягу, самолет-снаряд сначала медленно, а потом все быстрей начинает ускоряться вперед. Расчетная скорость, с которой он будет двигаться к цели девятьсот пятьдесят километров в час. Нет, с камерой что-то надо делать, уделять внимание управлению изделием и одновременно включать камеру, задача не из легких, это мне просто, за всем следит Вычислитель, а операторам сложно будет такое проделать.

Вот гадость, какой-то агрегат явно сбоит, не удается найти положение рулей, при котором полет станет устойчивым, приходится постоянно подрабатывать джойстиком, со стороны могут решить, что оператор просто пьян. Через двадцать секунд в хвосте нашего самолета-снаряда вспыхивает трассер и тут до меня доходит, что следить за полетом изделия не так уж и просто. Все дело в том, что пульсирующий двигатель дает хоть и мало задымления, но когда летишь следом, то этого хватает, чтобы полностью скрыть в сизой дымке отслеживаемый объект вместе с мишенью. И как, а главное, куда теперь наводить нашу «игрушку»?"

"Ага, Вычислитель уже сам разобрался, он меняет траекторию самолета-снаряда на более низкую, и теперь мне, по крайне мере, видна мишень. Однако трассера по-прежнему не видно, он скрыт за дымным следом двигателей, опустить изделие еще ниже нельзя, тогда будет трудно удерживать цель по высоте, приходится ориентироваться по дыму, но я так понимаю, что для железяки это тоже не самый лучший вариант. И виляние самолета снаряда метров на десять в обе стороны тоже сильно действует на нервы, вот как работать в таких условиях? И все-таки в мишень благодаря Вычислителю мы вроде бы попали, но если по длине промахнуться было сложно, то по высоте где-то ближе к самому низу угодили, сказалась высота наблюдения. Будь это атака реального корабля, то такой удар посчитали бы идеальным, но тут требовалось попасть в центр мишени.

— Фух, — выдыхаю я, отрываясь от бинокля.

— Оператор, доклад! — Напоминает о себе пилот.

— Цель поражена, — рапортую ему.

Как точно поражена цель уже неважно, об этом потом доложат с полигона, а нам пора возвращаться на аэродром, и начинать придумывать другую тактику наведения самолета-снаряда, так как трассер в хвосте изделия, оказался бесполезен.