Несостоявшийся граф

– Да вот, – пожал плечами подпоручик, – напал на защитника отечества, понимаешь!

– Прохор-то? – с явным недоверием в голосе протянул Тихон, неумело убирая клинок в ножны.

– И еще револьвером угрожал, – добавил Будищев.

– А вот, – показал Дмитрий.

– Ишь ты, – подобрался старый служака. – Откуда только он у него взялся?

Услышав эти слова, приказчик встрепенулся и, с надеждой посмотрев на полицейского целым глазом, попытался что-то промычать, но со сломанной челюстью это было несколько несподручно.

– Любезнейший, – нахмурился моряк, – мне показалось, или ты подвергаешь сомнению слова офицера флота?

– Никак нет, ваше благородие! – испугался городовой. – Не извольте сомневаться, сейчас я этого паразита в околоток доставлю, а уж там разберемся, и где он револьвер взял, и кто его надоумил с им на господ кидаться. Только уж вы, господин подпоручик, соблаговолите с нами пойти. Чтобы, значит, показания дать по всей форме.

– Это можно, – кивнул Будищев.

Не выглядевший слишком здоровым Зыкин неожиданно легко поднял за шиворот Прохора и пихнул впереди себя, иди, мол. Тот, и не подумав сопротивляться, покорно поковылял, время от времени припадая на ушибленную ногу.

– Стеша, нам пора, – позвал отрешенно сидевшую в уголочке девушку Дмитрий.

– Хорошо, – как-то безучастно кивнула она.

– Ну что с тобой? – наклонился над ней моряк.

– Я думала, я его убью, – всхлипнула она. – Револьвер Семка из квартиры уволок перед самым обыском. Говорил, что будет меня защищать, а он даже не заряжен…

– Будищев, научи меня стрелять! – с неожиданной страстью в голосе попросила Степанида.

Полицейский околоток за прошедшие несколько лет ничуть не изменился, и даже надзирателем здесь по-прежнему служил все тот же штабс-капитан Деревянко.

– Что тут у вас? – с ленцой в голосе поинтересовался он, уставившись на избитого приказчика и бравого моряка.

– Нападение на господина офицера, – отрапортовал городовой.

– Здравия желаю, господин штабс-капитан, – протянул ему руку Будищев.

– Мы знакомы? – удивился тот, отвечая на рукопожатие.

– Встречались, – ухмыльнулся Дмитрий.

– Вот это поворот, черт возьми! – округлил глаза вспомнивший его полицейский. – Прямо скажу, не ожидал!

– Если честно, я тоже.

– Но что же случилось?

– Их благородие, значит, желают жалобу подать, – вмешался преданно глядевший в глаза начальству Зыкин.

– Так на Прошку же. Он, стервец, удумал господину подпоручику револьвером угрожать.

Услышав обвинение, смирно стоявший до сих пор приказчик встрепенулся и бросился в ноги к полицейскому, пытаясь что-то промычать, но бдительно следившие за ним городовые немедленно пресекли эту попытку и скрутили задержанного.

– Господи, совсем мир с ума сошел! – брезгливо посмотрел на него Деревянко.